– Это еще что? – недоуменно спросил человек, едва конверт оказался в его руках. Судя по всему, ожидал он чего-то другого.
– Письмо. От первого советника Денпорта.
Слова Бенедикта отразились на лице незнакомца мимолетной эмоцией. Словно рябь на воде от упавшего листика. Нетерпеливым движением он сорвал печать с конверта и заскользил взглядом по тексту. И чем ближе человек подбирался к концу, тем яснее на его лице проявлялись эмоции. Эмоции, от которых Бене стало по-настоящему страшно.
Челюсти мужчины напряглись, от щек отхлынула кровь. Глаза, горящие безумным блеском, сузились, устремив угрожающий взор на посланника. Он поднял руку, и над его раскрытой ладонью появился шар чистого пламени, яркого, словно солнце. Тени в испуге отпрянули в стороны. Не будь единственное окно прикрыто ставнями, вспышка наверняка осветила бы полквартала.
– Откуда вы узнали?! – закричал он, брызжа слюной. – Кто вы такие?! Отвечай!
– Я просто посыльный! Я ничего не знаю! Пожалуйста! Не убивайте!
Объятый безотчетным ужасом, Бенедикт отпрянул, прикрывая лицо руками. Он попытался отстраниться от человека как можно дальше, но почти сразу же уперся в угол. Кажется, он обмочился, но это не имело никакого значения. Перед ним был юстициар! Самый настоящий, мать его так, юстициар, готовый испепелить его в любой миг. Если бы Бене выдалась возможность избежать этой встречи, пожертвовав чем-то другим, он бы без колебаний отдал все ради этого. Он бы стерпел тысячу травлей собаками, ежедневные побои и голод, лишь бы оказаться сейчас где-нибудь в другом месте.
– Заткнись! – внезапно ослепительный свет пропал, а рот Бенедикта зажала шершавая ладонь. – Тебя кто-то видел?
Единственное, что смог сделать Бене – помотать головой.
– Вали отсюда, – юстициар убрал руку от лица нищего и подтолкнул его к прикрытым ставням. – Разболтаешь кому-то о том, что видел – ответишь. У такого гада, как ты, наверняка найдется с десяток-другой проступков.
Спорить Бене не стал.
6.
– Ну что, передал? Это он? И… что стряслось?
– Это он, – бесцветным голосом ответил Бенедикт и прошел мимо, шаркая ногами по жидкой грязи. – Я передал послание. Устал. Хочу отдохнуть. Оставь меня в покое.
– Он согласился на встречу?
– Понятия не имею. Спроси у него сам…
Образ сурового и властного юстициара, озаренного светом священного пламени, оставил в памяти Бенедикта обугленное клеймо. Никогда прежде он не испытывал столь сильных эмоций. Весь тот страх, то отчаяние, которые сопровождали его на протяжении долгих месяцев скитаний, не шли ни в какое сравнение с тем, что он пережил несколько минут назад. Бенедикт чувствовал себя сосудом, из которого выплеснули все содержимое.
– Постой! Магнус просил передать, что завтра с утра будет ждать тебя в купальнях. Это большой дом с зеленой крышей в паре кварталов от «Распутницы». Вроде бы он хотел тебя отблагодарить за службу… да постой ты…
Почувствовав руку на своем плече, Бенедикт развернулся и ударил Весельчака в челюсть со всей силы, которую только нашел в своем измученном теле. Костяшки пальцев немедленно отозвались болью, волна которой прокатилась до самого локтя. Бене зашипел и затряс кистью, в то время как Весельчак рухнул в лужу, хрипло подвывая от боли.
– Хватит! – крикнул Бенедикт, отступая. – Я все сделал. Так и передай. А теперь оставьте меня в покое!
Добравшись до гостиницы, бродяга потребовал еще одну бутылку рома в надежде хоть немного стереть образ юстициара из памяти. Денег на выпивку, как и на все остальное, у него не осталось, но долг его не волновал. Хотелось снова вернуть безмятежное состояние и хотя бы до утра забыть о том, что случилось. Юстициар был в городе! Юстициар прикасался к нему и едва не свершил над ним правосудие! Дрожащими руками Бене запалил лучину на столе, откупорил бутыль и жадно присосался к горлышку, чувствуя, как жидкость обжигающей лавой растекается по горлу.
– Тяжелый день?
Бенедикт поперхнулся, закашлялся и выронил сосуд из ослабевших пальцев. Тот с глухим бряцаньем упал на пол и, булькая выпивкой, закатился под кровать.
– Ну-ну… к чему такие нервы? Я всего лишь хотел поговорить.
Бенедикт оглянулся и вздрогнул. Даже без робкого света лучины он смог бы узнать Велфорда. Молча нащупав ногой бутылку, Бене подтолкнул ее к себе, подобрал и снова приложился к горлышку. К сожалению, половина рома растеклась по полу ароматной лужей, но эта проблема меркла перед остальными. Гораздо важнее было то, чем мог обернуться визит знаменитого Утеса и что послужило его причиной.
– Что вам всем от меня нужно? – вяло спросил Бене, поставив бутылку на прикроватную тумбу. – Сделал все как просили. Какие претензии?
– Претензии? – удивленно переспросил Велфорд. – У меня никаких. Только просьба.
– Просьбы… приказы… поручения… – Бене зажал ладонями уши и зажмурился. – Слишком много! На сегодня это слишком!
– Надеюсь, моя будет самой простой, – Утес оттолкнулся от стены и пристроил рядом с бутылкой запечатанный конверт. – Это послание должно оказаться у советника завтра. Чем раньше, тем лучше.
