Девятая дочь великого Риши полностью

Не понимаю, почему на моих губах появляется улыбка. Не могу объяснить, почему она не сползает, когда мы спокойно проезжаем через открытые ворота, которые по всем законам не только должны быть закрыты, но и охраняться ночным патрулем. Эта улыбка не сходит с лица и тогда, когда мы останавливаемся где-то в лесу, а Чэн по привычке идет собирать хворост. Слежу, как разгорается костер, как страж расстилает мне покрывало; чувствую, как он помогает разобрать сложную прическу, чтобы наутро у меня не болела голова от шпилек и заколок. Затем ложусь, укутавшись в знакомую ткань и продолжая смотреть на костер… не имея сил закрыть глаз… и не замечая, как начинаю дрожать… то ли от холода, то ли от всего пережитого…

Чэн прикасается ко мне:

– Не бойтесь, кириса, все уже позади.

Обхватываю его руку ладонями и прижимаюсь к ней горящим лбом.

– У вас жар, – тут же замечает он и хочет пойти за водой, но я его не отпускаю.

Держу, вцепившись в его запястье всеми пальцами, не закрывая глаз и даже не моргая. Слезы льются из глаз беззвучно и до жути бесконечно.

Засыпаю, лишь почувствовав тепло отовсюду – не только от костра, но и со спины и даже где-то под головой.

Засыпаю долгим здоровым сном – исцеляющим и очищающим от всех печалей. А когда просыпаюсь, то четко осознаю: прежней Аи больше нет. Она сгорела в ночном костре вместе со всеми кошмарами.

Новая Аи не знает семейных привязанностей, зато у нее есть цель: добраться до дворца правителя в столице Поднебесных Земель. Новая Аи должна восстановить справедливость и вернуть себе честное имя.

А еще она готова узнать об этом мире все! И всем сердцем желает помочь тем, кто нуждается в помощи, но по какой-то причине не может ее получить. Теперь она не понаслышке знает, каково это.

А еще новая Аи не в силах оторвать взгляд от мужской руки, лежащей на земле перед ее лицом. Как красива тонкая кисть, как длинны и изящны пальцы… и сколько в них силы.

Кажется, новой Аи важно, чтобы эта рука всегда была рядом…

– Ты не спрашиваешь меня, что произошло во дворце, – негромко замечаю я.

Мы сидим перед кострищем и завтракаем. Ночь миновала, и с лучами солнца к нам пришел новый день, в котором уже нет места ни моей детской наивности, ни глупости, ни слабости, ни мечтам об уютных покоях.

А еще в нем нет места тайнам и недомолвкам.

– Захотите – сами расскажете, – отзывается Чэн.

Лошадь, на которой мы вчера выбрались из Города Среди Холмов, отрывается от травы и переступает копытами.

– Они обвинили меня в использовании запрещенной духовной техники. А мне даже нечего было им ответить, – говорю я, глядя на угли.

– Именно поэтому я и хотел идти во дворец правителя окольным путем. Когда слава о вас разойдется по всем Поднебесным Землям, ее будет трудно игнорировать.

– Мне нужно научиться использовать свой дар.

– Мы можем попытаться найти для вас учителя.

Оба мы замолкаем, погружаясь в свои мысли. Кажется, мой страж размышляет о своем новом задании.

Незаметно наблюдаю за ним. Почему-то хочется, чтобы он стянул капюшон со своих мягких, вьющихся волос.

Какое странное желание.

– Эта лошадь… Откуда она у тебя?

– Я ее выиграл, – усмехается Чэн.

– Честным путем? – зачем-то уточняю я.

Мой страж всерьез задумывается.

– Если выполнение тех условий можно назвать честным путем, то да.

– А еда? – спрашиваю я, взяв лепешку. – У нас же не оставалось денег на еду.

– Кириса… Наверное, вам стоит знать, что у меня всегда есть деньги. Даже когда я говорю, что их нет.

Встретившись со мной взглядом, он широко улыбается, и я чувствую, как улыбка растягивается и на моих губах.

Он бережет меня? Поэтому не поднимает эту тему?

Отвожу взгляд и сжимаю лепешку в руках.

– Как бы то ни было, нам стоит продать эту одежду. И обувь. И заколки.

– Я думал, вам важно иметь при себе доказательство вашего статуса.

– Было важно. Но ты прав: не одежда делает меня собой… – Поймав на себе озадаченный взгляд, я с демонстративным воодушевлением добавляю: – К тому же, продав все это, мы сможем выручить кругленькую сумму!

– Это уже другой разговор, – хмыкает Чэн. – Думаю, я управлюсь за пару часов, а потом мы сможем отправиться в путь.

– У тебя осталась моя старая одежда?

Почему-то мне хочется переодеться именно в нее, но я понимаю, что это невозможно: в той комнате я четко сказала Чэну, что наши пути расходятся. С чего бы ему… Останавливаю свой внутренний монолог, во все глаза глядя на вещи, появившиеся из дорожного мешка.

– Вы не поверите, каким запасливым я могу быть!

С благодарностью приняв одежду, я отхожу в сторону. Замечаю, что вещи очищены от грязи и зашиты. Выходит, он позаботился и об этом…

Переодевшись, я возвращаюсь на поляну и с мягкой улыбкой спрашиваю:

– Надеюсь, лошадь мы оставим себе?

Чэн уже сидит верхом, готовый к возвращению в город.

– Думаю, это нужное приобретение – на случай, когда нам придется убегать так же быстро, как вчера.