Душу, что ли, предложить? Ну так я с радостью! На кой хрен она мне сдалась…
«Нет, если он всё-таки существует — твой Люцифер адский и грозный предположительно — брать то, что тебе самому даром не нать, он не будет. Он ведь бизнесмен всё-таки. Ну, бандитского такого толка. Забирает только самое дорогое и нужное. А что у тебя самое дорогое? Правильно, Ксавьер. А потому сделка не состоится. Я запрещаю тебе. Юрки того не стоит».
А может, попробовать? Перехитрить его? Но я не знаю как… и вообще всё это сумасшествие. Спасительные бредни моего сознания. Я сам — не маг и не целитель древности, воскресить не смогу, а в потусторонние силы не верю. Несмотря на все призывы и горькие шуточки. Э-эх… вот если бы Кси родился девушкой, я поступил бы так, как делали все мои любимые тёмные герои, когда подписывались на сделку — отдал бы Сатане душу нашего первенца в обмен на жизнь Ю…
— По рукам.
— Миокард, не дразнись, — рассеянно отрезал я, устремив отрешённый или скорее апатичный взор в озеро крови на полу. И не заметил поначалу необыкновенности этого голоса. — И так всё сложилось хреновей некуда.
Выйду из кровавой бани, а там Крис. Непроизнесённые вопросы, говорящие… точнее, орущие и корчащиеся взгляды… и моё полное бессилие. Почему мы опоздали? Почему мы и должны были опоздать? Почему невозможно спасти всё, что хочется спасти? Всегда успевать догонять, ловить и вообще заранее спланировать все падения под откос. Жить. Сказочно жить. Без огромного решета ран в груди. Какая глупость… Отрезвил бы меня уже кто-нибудь хорошим подзатыльником.
— Здесь никто и не думал дразнить тебя. Я сказал, по рукам.
Очень осторожно, чтобы не спугнуть свою славную хрипловатую слуховую галлюцинацию, я поднял голову, нелепо упёрся в бортик ванны ногой, теряя равновесие, и встретился с нежно-покровительственным взглядом невозможных глаз Невозможности.
Комментарий к 28. Двойной предел
^1 Тушёный картофель с селёдкой, финское традиционное блюдо.
^2 Замок на дверях, Ангел, недолго думая, сломал.
^3 Чёрт! (фин.)
Что было между ними полчаса назад:
— Фанаты меня оплюют!
— Крис, ты изменишь свою жизнь к лучшему! Поверь мне. Твои ребята, менеджер, рекорд-компания… вообще все поймут, что ты вовсе не так предсказуем, как кажешься, и не совсем ещё погряз в бизнесе и следовании установленных правилах продажного образа, забросив чистое искусство. Кто-то, наоборот, посчитает это весьма расчётливым ходом, но ты… ТЫ будешь знать, что делаешь это лишь для себя! Пойми, для них это будет почти непоправимой катастрофой вселенского масштаба, а для тебя… ты даже не представляешь, какое облегчение получишь. В буквальном смысле — тоже… А главное — почувствуешь себя свободным. По-настоящему свободным. Когда в последний раз ты имел свободу?
— С тобой, дней тридцать запертый в отеле… дьявол!.. Как же странно…
— Вот именно!
— Но пойми и ты меня, ведь я боюсь!
— Боишься стать свободным?
— Да… наверное, да. Ангел, ты действительно способен освободить меня?
— Если ты сам сделаешь первый шаг.
— Но я не умею держать в руках н…
— Тс-с! Я помогу.
========== 29. Deus ex Machina ==========
****** Часть 5 — Мнимые величины ******
«Этого ещё не хватало! Мозг… у меня, кажется, один клапан… заело. Мозг, да где ты, бллин?! Помоги! Будет позорищем падать в обморок, когда к нам из Ада поднялся самый настоящий демон!»
— Ну почему же поднялся? Спустился, миокард, спустился, — длинный (под два метра) и худющий, как вешалка, чертяка показал изящным аристократическим пальцем в потолок. Потом сладко улыбнулся, будто толкая меня в грудь своим томным лучистым взглядом… и ошалевшее сердце колотится снова, в прежнем полусумасшедшем ритме. — Ад там. Точнее, Верхний Ад.
— А есть ещё и Нижний? — недоверчиво поинтересовался я, проследив за направлением его костлявой верхней конечности. Бред сознания не отпускает меня, занятно… но хотя бы весело. И сердце починилось, чем не радость?
— У нас много чего есть. Ближе к делу, душенька, — дьявол вытащил из рукава своего элегантного плаща лэптоп толщиной не более крыла бабочки, раскрыл, напечатал что-то за традцать-сорок секунд и вырвал прямо с дисплея листок — белоснежный свиток, ажурно разрезанный по краям. — Это стандартная форма, бланк, которому тысяча лет в обед и в который я впечатал твоё имя и предмет контракта. Подписывай здесь, — он указал на левый нижний угол.
— Чем? Разве не кровью? Чернилами?
