— Давай, ты сможешь, Лео, ты молодец! — перейдя от требовательного тона к заботливому, Инари, пытаясь скрыть свои переживания, тявкнула от ужаса, когда Лео после очередного поворота выбежал прямо к ещё одному доспеху. Бросившись к стене, парень прыгнул и прилип к ее поверхности за счёт перчаток, тут же подтягиваясь и пытаясь забраться на крышу, но белоснежный механизм тоже не терял времени даром и полыхнул плазмой.
Уже успев мысленно попрощаться с жестоким миром, Лео тем не менее не стал удивляться тому, что не умер моментально, а вскарабкался и перевалился через край крыши, чтобы увидеть свечение, будто бы сотканное из множества шестиугольников. Однако даже потерпев неудачу, механизм и не думал сдаваться, и, грузно подпрыгнув, приземлился рядом с Лео, вот только кладка не выдержала: тут же пойдя трещинами, осыпалась, увлекая доспех и парня внутрь здания.
Прекрасно понимая, что за время такой длительной задержки рядом могли объявится и другие доспехи с небес, Лео поспешил выбраться из-под черепицы, когда манипулятор пытающегося подняться механизма с силой ударил его в бок и отбросил в стену. Простонав от боли, Лео откатился с горки строительного мусора в сторону, судорожно нащупывая склянку, которую до последнего защищал даже после таких ударов и, с облегчением выдохнув, когда убедился, что она не пострадала, попытался отползти в сторону, в тень. Стена позади парня разлетелась и, крича в гневе и фыркая от раздражения, внутрь дома ворвалась Инари в своём потрёпанном мехе. Сверкающее искрами лезвие на одной из его рук с размаху вошло в белоснежный гладкий корпус тиэровского робота, прошивая его насквозь. Полыхнув от взрывов энергоэлементов, хлипкий механизм соскользнул с силового клинка, а Инари, развернувшись к Лео, крикнула:
— Вот и какого хрена ты до сих пор лежишь?! Вотафак?! Или как там у вас?! Включи нити!
Лео посчитал бы корявый английский акцент даже милым, если бы не ситуация, поспешил подняться и, ориентируясь на появившийся светящийся путь, бросился по улочкам, всё больше удаляясь от центра города и прислушиваясь к тому, как лязг и стрельба наоборот, только усиливаются с каждым пройденным Лео метром.
До стен оставалось рукой подать, когда раздался оглушительный взрыв: обернувшись, Лео с содроганием увидел, как в том месте, где он оставил Инари, расцвёл красивый и ужасный одновременно бирюзово-алый цветок взрыва.
— Лео-сама, сюда, дес! — прошипела Кику из кустов, и парень, как заворожённый, подбежал к прячущейся кицунэ, всё ещё не в силах оторваться от зрелища, лишь смена окружающей обстановки вернула его к реальности.
Вместе с отхлынувшим адреналином пришла накопившаяся боль. Оценив, что модуль «Сварога» почти разрядился, Лео привалился к деревцу, искренне надеясь, что лесок неподалёку от Лондиниума сейчас достаточно безопасен, чтобы в нём скрываться. Моргнув, Лео не сразу понял, что ненадолго вовсе закрыл глаза и, когда открыл, увидел перед собой Кику, обеспокоенно прижавшую ушки к голове.
— Лео-сама?
— Да... Сейчас, — думать о том, что сначала Ясуо, Сренг, а теперь Инари поставили всё на кон ради того, чтобы он смог выбраться целым, было сейчас слишком тяжело, поскольку такие события шли вразрез с собственным отношением Лео ко всей этой истории. Но расслабляться он не собирался, особенно сейчас, когда на него надеялись столь многие.
Осторожно выудив склянку, Лео подошёл к мирно лежащим на земле лисичкам. Напряжённо махнув хвостом, Кику встала напротив парня и быстро уточнила:
— Этого хватит на двоих, дес?
— Нет... Только на одну, причём я не уверен, что этого будет достаточно Шакко, с её-то ранениями, — пробормотал парень. Понять, что вторая порция подготавливалась более тщательно, было несложно, и Лео казалось слишком безрассудным подключить к делу эмоции и не добиться вообще никакого результата. На самом деле обе лежащие в бессознательном состоянии лисички были для парня ценны, и видеть их в таком беспробудном сне было по-своему горько, но Шакко всё равно была ближе. Сейчас поддразнивания и игра с наивной лисичкой казались глупыми, парень был бы готов променять многое на то, чтобы череда неудач закончилась, и он мог бы просто обнять кицунэ, не ощущая зависшее над головой лезвие, но подобные мечты выглядели инфантильными. Лео почти сразу отказался от них, принимая как данность несправедливость мира, после чего подошёл к Ки-тян и вынул пробку.
Возвращению зеленовласой повзрослевшей лисички Лео тоже был бы очень рад, хотя и считал, что лучше бы эта девчонка дальше проводила свои беззаботные деньки в садике, а не на передовой из-за прихоти взрослых. Осторожно взяв девушку за подбородок, Лео попробовал влить несколько капель ей в рот. Убедившись, что Ки-тян интуитивно проглотила лекарство, Лео продолжил аккуратно вливать снадобье, пока склянка не опустела.
