— Я провалил испытание, — проворчал Фёдор сквозь зубы, то ли от боли то ли от обиды, но полез.
Ленка встала, осторожно покачалась. Чуть подросла, чтобы было удобнее с таким грузом и пошагала вперёд.
— А ты знаешь в чём испытание? — спросила она.
Фёдор надолго задумался, потом с сомнением выдал:
— Нет.
— Во-от. Осторожно, ветка. Обычное испытание предусматривает финал и соответствующий приз. Но в жизни финал малого кого прельщает. Даже если ты выиграл конкурс на самое необычное ездовое животное… Осторожно, ветка. … и получил приз, то ведь жизнь на этом не заканчивается? Кубок пылится на полке, деньги потрачены и всё. Что же остаётся?
— Ну деньги же на что-то потрачены… хотя нет, воспоминания.
Ленка кивнула:
— Верно, опыт. Самая хитрая штука, которую можно получить и сложно потратить. Даже если этот опыт потом скажет, никогда не слушать лис и не ходить в сказочный лес. Осторожно, ветка.
— Ай, блин!
— Видишь?
— Что?
— Ветку. Ветки, это же символы. Ты либо полагаешься на указания и пригибаешься когда скажут, либо смотришь сам.
— А если не пригибаюсь?
— Ветка.
— Ай! Да, что же это, блин, за херня?!
— Это не херня, а ответ.
Следующую ветку Ленка молча пропустила над головой, но вместо очередного “ай!”, лишь почувствовала колебание седока — успешно уклонился.
— Ладно, не в призе дело. Но как мне поможет, допустим, умение следить за ветками?
— Откуда же мне знать? Я же простое ушастое животное, хожу на четырёх лапах, укрываюсь хвостом, да ем без вилки.
Фёдор не ответил. Оглянувшись назад, Ленка увидела, как он сидит задумчиво подперев подбородок и смотрит куда-то вниз. Вот на него движется очередная ветка, но он рукой отгибает её, даже не глядя. Не иначе, как начал получать какой-то ещё опыт. Знать бы ещё, какой.
Вечерело, когда они нашли небольшую ровную площадку под кронами деревьев, неподалёку журчал ручей, слышалось щебетание птиц. Решили лагерь там и разбить.
Спустившись на землю Фёдор, сделал шаг и чуть не упал, но устоял — и ноги затекли, и вывих никуда не делся. Ленка чуть уменьшилась в размере и тут же свернулась калачиком, сделав вид, что задремала.
Кое как Фёдор снял рюкзак, достал из него небольшой свёрток палатки. Раскатал внутреннюю часть, воткнул по углам металлические дуги и пристегнул крючками по всей длине — получилась полусфера с растянутой внутренней частью. Затем накинул сверху тент. Проковыляв на другую сторону, Фёдор потянул тент, но тот где-то зацепился. Вернулся — потянул тент обратно, что-то затрещало, но тент всё держался у макушки палатки.
В кроне над головами завозилась какая-то большая птица и гулко, с профессиональной издёвкой угукнула. Ленка задрала голову — птицы видно не было. Осталось только облизнуться на пустой желудок.
Фёдор попытался дотянуться до места зацепки, но не удержался — ойкнул и завалился на палатку. Звякнули дуги, затрещала ткань — полусфера упала. Всей мордой изображая удивление, Ленка посмотрела на происходящее.
— Не хочешь помочь? — сцепив от боли зубы, прошипел Фёдор.
Подойдя к Фёдору, Ленка села рядом и обвила лапы хвостом:
— А что надо делать? Если бы спросил раньше, то было бы нужно что-то подержать.
— Издеваешься? — нахмурился Фёдор.
— Ты учти, что я немного волшебное существо.
Он скривился, словно хотел плюнуть с досады, но так и замер, о чём-то явно задумавшись.
— А ногу ты можешь вылечить? — прищурился Фёдор.
Ленке захотелось его обнять — может же, зараза! Но она лишь невозмутимо высунула язык и лизнула ему кожу, видевшуюся между ботинком и задранной штаниной. Фёдор дёрнулся, чуть не ударив Ленке в челюсть, но вовремя спохватился. Удивлённо пошевелил ногой, прислушиваясь к ощущениям:
— Спасибо! — Он встал, начал ходить из стороны в сторону, чуть хромая и радостно поглядывая на ногу.
Пока он отвлекался, Ленка превратила лапы в руки и быстренько зализала все повреждения у палатки. Напоследок оставила одну поломанную дугу, которую, держа в руках демонстративно провела по языку — та со звоном распрямилась.
Фёдор с офигевшим видом стоял, приоткрыв рот.
— Говорю же, животное, — потупилась Ленка, и превратила руки в лапы. Тут же показала их Фёдору, мол, вот доказательства.
— Та-ак, ладно, — он задумчиво изучил восстановленную палатку. — А ставить её ты поможешь?
Ленка озорно кивнула. Взяла зубами дугу и воткнула в угол — второй конец повис в воздухе над землёй.
— Ну щего шдёшь? — прошепелявила Ленка. Покачав головой, Фёдор поймал конец дуги и вставил в угол.
Тент накинулся уже без труда. Фёдор забросил внутрь палатки коврик и вдруг спросил:
— А ты как будешь спать?
— Снаружи.
— А есть?
— Чего-нибудь изловлю, — Ленка многозначительно посмотрела вверх. Оттуда донеслось басовитое протестующее угуканье.
— Что это? — удивился Фёдор.
— Крупная, мясистая птица.
Снова раздалось протестующее угуканье, но почему-то менее басовитое.
— Значит нужен костёр. — Фёдор достал из рюкзака топор и выпрямился, пристально осматривая деревья.
— Сырые только не руби, — пробормотала Ленка. — Вообще, в рюкзаке есть горелка и газ.