— Даша! — бросился к ней Артур, сорвав с себя маску. — Ты как?
— Холодно… — пробормотала она.
— Тебе не страшно? — подхватил её Артур и повёл к выходу.
Она издала словно бы тихий смех.
— Теперь уже нет.
Артур оглянулся на Ленку, горя своими янтарными глазами.
— Это хорошо, — пробормотал он.
— Не уверена, — снова хихикнула Дашка.
Над Ленкиной головой в светлом ночном небе горели яркие звёзды. Неподалёку, прислонившись спиной к дереву сидел Артур, на коленях у него дремала Дашка.
— Который час, что так светло? — тихо прошептал он, уставившись на Ленку нечеловечески широкими зрачками с тонкой полоской светящейся радужки.
— Полтретьего, — шепнула Ленка.
Артур посмотрел на небо, вздохнул. Начал осматривать руку.
— У тебя глаза светятся, как тогда в маске, — подсказала Ленка.
— Это не от неё, — нахмурился Артур. — По другому ощущается.
Он качнул пальцами, и ногти стали чёрными когтями. Повертел ладонью.
— По крайней мере, теперь я готов к кошмарам, — вздохнул он. — Кстати, темноту ты зачем тогда набирала?
— Чтобы такие кошмары не повторялись, — Ленка понурила уши, — но я пока не знаю, как это сделать.
Из центра по зимнему серой городской площади торчала исполинская, выше домов, бедренная кость, словно её кто-то аккуратно воткнул наполовину, при том не разворошив поверхность. На некотором отдалении прохаживались любопытствующие, фоткались, глазели, болтали. Близко не подходили — и периметр был огорожен ленточкой, за которой скучала парочка полицейских, и сама кость была башней некоего Архимага, про которого говорил весь местный инет. Да и торчала тут эта кость-башня уже не первый день, так что окружающие немного попривыкли.
Ленку к башне привела Людмила, назвавшаяся подругой Андрея, назвавшегося нынче Архимагом. При всё при этом Людмила не считала себя подругой Архимага, именно потому и обратилась к Ленке — выяснить, что именно стало с Андреем и кто такой этот Архимаг.
На улице лисьи уши можно было спрятать под унылой фиолетовой шапкой с “уголками”. Конечно, иногда уголки вздрагивали, тогда кто-то из прохожих тоже вздрагивал, тёр глаза и старался побыстрее удалиться. А вот хвост Ленке приходилось держать в себе. Магический фон в городе сильно поднялся, и публика уже видела не синтетическую метёлку, а настоящий живой лисий хвост. Увы, городская публика была не из привыкших ко всему студентов, а из взрослых нервных людей, которые при виде девушки с настоящим лисьим хвостом становились ещё более нервными.
Проходившая мимо девушка в белой куртке воскликнула с придыханием:
— Башня из слоновой кости…
— Вообще, это бедренная кость человека, — проворчала Ленка, поправляя шапку чтобы меньше кукожило лисьи уши.
— А чо, у слона она другая? — спросил из толпы какой-то мужик, выдохнув облачко пара.
— Скелет слона я в руках не держала, — задумчиво протянула Ленка, — но там бедренная кость вроде потолще и головка сустава не так торчит.
— А человеческую значит держала! Архимаг называет её башней из слоновой кости! — фыркнула девушка в белой куртке и гордо ушла.
— Он мог бы в инете глянуть, чё и как выглядит, — хмыкнула Ленка.
— Это при том, что у него по зоологии позвоночных была пятёрка, — заметила Людмила, стоявшая рядом.
— А ты вообще уверена, что Архимаг это твой Андрей? — на всякий случай уточнила Ленка у неё.
— С этой долбанной магией, я ни в чём уже не уверена. Но последнее время Андрей был какой-то странный… Блин… Не то, что он стал магом странно, а… То есть, нет, это тоже странно, я про другое. Он сам по себе становился страннее. Типа эта ваша магия на него как-то влияла. С каждым днём он всё чаще называл себя Архимагом. Даже дома носил этот придурошный халат. Иногда говорил как хреновый актёр. Один раз утром зашёл на кухню и заорал: где мои носки, смертная? Потом сморгнул, удивлённо так огляделся и тихо добавил: ты их не видела?
Кто-то из посторонних захихикал.
— Не смешно, — шмыгнула Людмила носом.
Ленка почесала через уголок шапки своё лисье ухо и добавила:
— Есть одна штука. С кучей побочек, правда. Камушек такой чёрный и очень философствующий. Любую спесь сбивает парой фраз и гложет изнутри.
Людмила удивлённо воззрилась на Ленку.
— В смысле, гложет?
— Ну ест. — Ленка сделала большие глаза для пущего устрашения. — Один эльф от это дряни чуть не сдох. Но тот не так пафосен был. А тут даже не знаю, что будет, — пожала она плечами.
— Такая опасная штука наверное под замком хранится, — с надеждой предположила Людмила. — Может есть другой вариант?
— Он щас у меня внутри, — невозмутимо сказала Ленка. — Могу отрыгнуть в любой момент. Вот затолкать его обратно будет ещё та задачка.
Люда сначала удивлённо открыла рот, а потом ошарашенно заморгала.
— Он же зародился в эльфийской гордости, — пояснила Ленка. — А мой внутренний мир чутка отличается.
— И даже не гложет? — зачем-то спросила Люда.
— Не. Поначалу орал и умолял, просился наружу. Щас сидит тихо и не рыпается, надеется, что я забуду и случайно его выпущу.
Наконец Люда не выдержала:
— Ты это серьёзно? Вот так пойдешь к Архимагу с этой хренью?