— Драко забрал жену и уехал из страны, пока все не утрясется, но Нарцисса по какой-то причине не хочет покидать Британию, а Люциусу… Кажется, ему вообще все равно, что с ним будет, — Гарри провел рукой по взлохмаченным волосам.
— К несчастью, есть очень немногое, что я могу сделать на законных основаниях. Мы слишком малочисленны, чтобы обеспечить круглосуточную защиту, и, честно говоря, слишком многие из моих авроров среагируют на такое задание так же, как и Рон. По большому счету, никто из них и не воспримет смерть Малфоев как потерю, — он поднялся, чтобы снова подойти к окну, словно не в силах был сидеть на месте.
— Я обязан помочь Нарциссе Малфой, но не могу сделать это один, — Гарри повернулся, чтобы встретиться взглядом с Гермионой. — Понимаешь?
Гермиона боялась, что уже знает, о чем он собирается попросить ее, но промолчала, дожидаясь, когда он озвучит свою просьбу.
— Я бы хотел спрятать их в доме твоих родителей, — и прежде чем она прервет его, продолжил: — Гермиона, я знаю, что они оставили его тебе, когда в прошлом году переехали жить во Флориду. Я бы мог наложить на него Фиделиус, а так как дом по праву принадлежит тебе, сделать тебя хранителем тайны, обеспечив этим самую надежную защиту.
Ошеломленная Гермиона растеряла все слова.
— Но… но… — от неожиданности этого предложения она могла лишь невразумительно заикаться.
— Смотри, Гермиона, я знаю, что требую от тебя многого, но я не смогу справиться с этим в одиночку, и… не смогу… позволить, чтобы их убили. Пожалуйста, мне действительно очень нужна твоя помощь, — Гарри откровенно умолял ее.
Мысль о том, что Малфои будут пребывать в доме ее родителей, в доме ее детства, была почти ненавистна, но она хорошо понимала, что отказать Гарри никак не сможет.
Гермиона глубоко вздохнула и закрыла глаза, чтобы восстановить равновесие. А потом спокойно ответила ему:
— Хорошо, но учти: я делаю это только потому, что просишь меня ты, — она еще не договорила, когда ощутила крепкие объятия Гарри.
— Мерлин, я люблю тебя, Гермиона. Спасибо! — с облегчением в голосе Гарри поцеловал ее в щеку. — Я бы хотел перевезти их завтра. Не могли бы мы встретиться в полдень, чтобы я успел установить защитные заклинания? Они притащат с собой домового эльфа, но нам нужно будет объяснить, как все работает и… прочее, — сбился Гарри, понимая, что перечислять все, о чем нужно будет рассказать, может оказаться процессом весьма и весьма длительным.
А Гермиона, в свою очередь, знала, что чем раньше она покончит со всем этим, тем лучше для нее.
— Прекрасно, Гарри, я буду там в полдень. А утром позвоню в управляющую компанию, чтобы коммунальные услуги снова включили.
Обняв Гермиону в последний раз, он ушел, уверяя, что постарается сделать эту ситуацию безболезненной и необременительной для нее.
Гермиона очень сомневалась во всей этой авантюре, но не стала его поправлять. Просто надеялась, что Рон никогда не узнает об этом… потому что понимала: он никогда не примет решения жены, а она не была уверена, сможет ли вообще их брак выжить, если между ними разразится еще одна битва из-за Гарри Поттера.
Ее брак в этот раз точно висел на волоске…
В ту ночь Гермиона работала допоздна и вернулась домой уже ночью. На столе она нашла записку Рона, в которой говорилось, что тот отправился к Джорджу, и ждать его не стоит… Образно говоря, перевести ее можно было, как: я все равно жутко разозлился на тебя и не хочу ни о чем говорить.
«Ну, это даже хорошо…»
Гермиона спокойно наслаждалась свободным временем, пытаясь подготовиться к тому, что будет завтра. Понятно, что просьба Гарри отнюдь не обрадовала ее, но Гермиона хорошо понимала, что он ни за что не стал бы просить ее, если б у него имелся хотя бы один альтернативный вариант. Особенно, зная прошлые отношения между ней и Малфоями.
Она отправила сову Роуз и Хьюго, написав детям, как сильно любит их и скучает по ним, потом приняла душ и отправилась спать.
Гермиона еще не спала, когда где-то после двух ночи в прихожей закопошился Рон, но предпочла притвориться спящей, чтобы избежать еще одного спора. А утром вышла из дома еще до того, как он встал с постели.
«Надеюсь, ко времени моего возвращения его настроение улучшится, и он перестанет накручивать себя…»
Добравшись до кабинета, Гермиона сосредоточилась на родителях… нет, точней на их доме. Воду и отопление ей удалось включить за определенную плату почти сразу, и уже скоро даже получилось договориться с инспектором, который должен был прийти к полудню лично убедиться, что в доме все в порядке.
Следующие несколько часов она провела, вычитывая законопроект о реформе законодательства, и почувствовала себя почти счастливой, когда пришло время уходить, так как терпеть не могла изучать эти чертовы проекты законов. Обычно их составлял какой-нибудь волшебник, переполненный собственной важностью и склонный к однообразному и все возрастающему и возрастающему словоблудию. Она улыбнулась, вспомнив, что отец когда-то предупреждал ее об этом:
