Отвечая на вопросы Дианы, Дрю рассказал о своем ранении, которое поставило крест на его хоккейной карьере. Потом прокурор посмотрела ему прямо в лицо:
– Вы знали Питера Хоутона раньше?
– Да.
– Откуда?
– Мы учились в одном классе.
– Вы были друзьями?
Алекс взглянула на Льюиса Хоутона, который сидел по другую сторону от прохода, за скамьей подсудимых, и без отрыва смотрел сыну в затылок. Алекс вспомнилось, как когда-то давно она пришла к Хоутонам забрать Джози и отец Питера открыл дверь. «А вот и судья», – улыбнулся он.
– Нет, – ответил Дрю.
– У вас были с ним какие-нибудь проблемы?
– Нет, – поколебавшись, сказал Дрю.
– Вы никогда не ссорились?
– Иногда ссорились слегка.
– Вы над ним смеялись?
– Бывало. Но мы просто прикалывались.
– Вы причиняли ему физическую боль?
– Когда мы были младше, я, пожалуй, немного толкался.
Алекс посмотрела на Льюиса Хоутона: он сидел, зажмурив глаза.
– А в старшей школе вы продолжали обижать его?
– Да, – признался Дрю.
– Вы когда-нибудь угрожали Питеру Хоутону оружием?
– Никогда.
– Грозились ли вы убить его?
– Нет… Мне просто… В общем, мы вели себя, как дети.
– Спасибо, – сказала Диана Ливен.
Встал Макафи. Он оказался лучшим адвокатом, чем Алекс предполагала. Во всяком случае, держался хорошо: шепотом разговаривал с Питером, в особенно тяжелые моменты клал мальчику руку на плечо, многое записывал, когда Диана допрашивала своих свидетелей, а потом показывал записи подзащитному. Хотя его очередь говорить еще не настала, Макафи уже сейчас старался сделать так, чтобы присутствующие видели в Питере Хоутоне человека, в то время как обвинение упорно делало из парня монстра.
– Вы говорите, у вас не было никаких проблем с Питером, – повторил адвокат.
– Не было.
– Но у него были проблемы с вами, верно?
Дрю промолчал.
– Мистер Жирар, вы должны ответить, – сказал судья Вагнер.
– Иногда, – признался Дрю.
– Вы когда-нибудь толкали Питера локтем в грудь?
Дрю отвел глаза в сторону:
– Может быть. Случайно.
– Разумеется. Очень легко случайно отставить локоть, когда…
– Я протестую!
Макафи улыбнулся:
– Это было неслучайно, правда, мистер Жирар?
Диана Ливен взяла со своего стола ручку и уронила ее на пол. Дрю обернулся на шум. На его скулах обозначились желваки.
– Мы просто шутили, – сказал он.
– Вы когда-нибудь запихивали Питера в шкафчик раздевалки?
– Может быть.
– Тоже просто шутили?
– Да.
– Хорошо, – продолжал Макафи. – Вы ставили ему подножки?
– Наверное.
– Позвольте, я угадаю: и это тоже была шутка?
– Да, – угрюмо процедил Дрю.
– Еще в подготовительном классе вы приобрели привычку шутить над Питером таким образом, верно?
– Мы просто никогда не были друзьями, – сказал Дрю. – Он был не такой, как мы.
– «Мы» – это кто? – спросил Макафи.
Дрю пожал плечами:
– Мэтт Ройстон, Джози Кормье, Джон Эберхард, Кортни Игнатио и другие ребята вроде них. Мы уже несколько лет тусуемся вместе.
– Питер знал всех членов этой вашей группы?
– Конечно, у нас же маленькая школа.
– Значит, он был знаком и с Джози Кормье?
Алекс затаила дыхание.
– Да.
– Вы когда-нибудь видели, как Питер разговаривал с Джози?
– Не знаю.
– Примерно за месяц до трагедии, когда вся ваша компания собралась в кафетерии, Питер подошел к Джози и заговорил с ней. Вы можете рассказать нам об этом?
Алекс подалась вперед, чувствуя на себе чей-то взгляд, который жег кожу, как солнце в пустыне. Не поворачивая головы, она поняла, что на нее смотрит Льюис Хоутон.
– Я не знаю, о чем они говорили.
– Но вы при этом присутствовали, так?
– Да.
– И Джози – ваша приятельница? Она не из тех, кто общался с Питером?
– Да, – подтвердил Дрю, – она наша.
– Вы помните, чем закончился тот разговор в кафетерии? – спросил Макафи, и Дрю опустил глаза. – Я помогу вам, мистер Жирар. Мэтт Ройстон подошел к Питеру сзади и стянул с него штаны в тот момент, когда он пытался поговорить с Джози Кормье. Я верно говорю?
– Да.
– В кафетерии было полным-полно людей, так?
– Да.
– А Мэтт стянул с Питера не только джинсы, но и трусы, верно?
– Да, – ответил Дрю, скривив рот.
– И вы все это видели?
– Да.
Макафи повернулся к присяжным:
– Позвольте, я снова угадаю. Это была шутка, верно?
В зале воцарилась полная тишина. Алекс заметила, как Дрю посмотрел на Диану Ливен: он словно умолял, чтобы она его спасла. Этот парень оказался первым, не считая Питера, кого принесли в жертву. Джордан Макафи вернулся на свое место и взял какой-то листок:
– Мистер Жирар, вы помните, в какой день с Питера сняли штаны?
– Нет.
– Позвольте продемонстрировать вам вещественное доказательство номер один. Вам это знакомо? – (Взяв протянутый ему листок, Дрю пожал плечами.) – Это письмо, которое вы получили по электронной почте третьего февраля, за два дня до того, как с Питера спустили штаны в школьном кафетерии. Скажите, пожалуйста, кто прислал вам это письмо?
– Кортни Игнатио.
– Этот текст изначально предназначался для нее?
– Нет, – ответил Дрю, – для Джози.
– А кто его написал?
– Питер.
Макафи продолжал наседать:
– О чем он говорил в этом письме?
– О Джози. О том, как он на нее запал.
– В романтическом смысле?
– Наверное, – сказал Дрю.
– Что вы сделали с этим письмом?
