– Из этого можно заключить, что Питер пока только находится в процессе формирования рационального мышления. В настоящее время он физиологически не способен взвешенно планировать свои поступки.
Джордан посмотрел на присяжных, чтобы удостовериться, что они не пропустили это заявление мимо ушей.
– Доктор Ва, насколько мне известно, вы встречались с Питером и лично?
– Да, в тюрьме. Мы провели десять часовых сеансов.
– Где именно проходили ваши встречи?
– В комнате свиданий. Я объяснил, кто я, и сказал, что меня пригласил адвокат, – ответил Кинг.
– Питер проявлял нежелание общаться с вами?
– Нет, – ответил психиатр и, помолчав, добавил: – По-моему, ему даже нравилось, что есть возможность побыть в чьей-то компании.
– Что бросилось вам в глаза в первую очередь?
– Отсутствие проявления эмоций. Он не плакал, не смеялся, не улыбался и не выказывал враждебности. Мы, психиатры, называем это уплощенным аффектом.
– О чем вы разговаривали?
Кинг с улыбкой посмотрел на Питера:
– О бейсболе. И о его семье.
– Что он вам сказал?
– Что бостонская команда «Ред сокс» выиграет чемпионат. Поскольку сам я болею за «Янкиз», для меня был велик соблазн усомниться в способности Питера к рациональному мышлению.
Джордан улыбнулся:
– Что он сообщил о своей семье?
– Сказал, что живет с родителями и что у него был брат на год старше, который погиб в аварии по вине пьяного водителя. Еще мы говорили о том, чем Питеру нравится заниматься, в основном это было связано с программированием, и о его детстве.
– Какими детскими воспоминаниями он с вами поделился?
– Чаще всего он рассказывал мне о ситуациях, когда ему приходилось терпеть обиды либо от других детей, либо от взрослых, которые, как он считал, могли ему помочь, но не помогали. Питеру угрожали: дескать, не попадайся мне на глаза, если не хочешь зубы с пола собирать; его били: припечатывали к стене в коридоре только за то, что он имел неосторожность встретиться кому-то на пути; его травмировали эмоционально: называли пидором и извращенцем.
– Он сказал, когда эта травля началась?
– В его самый первый школьный день. Как только он вошел в автобус, ему сначала поставили подножку, а потом выбросили в окно его новенький ланч-бокс с Суперменом на крышке. В таком духе отношения Питера с другими детьми развивались и дальше. Незадолго до событий шестого марта его романтические чувства к девушке стали достоянием всей школы, в результате чего он подвергся публичному унижению.
– Доктор, обращался ли Питер к кому-нибудь за помощью? – спросил Джордан.
– Обращался, но, даже если взрослые вмешивались, результат оказывался обратным желаемому. Однажды, например, Питера сильно толкнули, он попытался дать сдачи. Учитель, увидевший это, отвел мальчиков к директору, и их обоих оставили после уроков. В глазах Питера это было несправедливо: он понес наказание наравне со своим обидчиком за то, что просто хотел себя защитить. – Доктор Ва облокотился на ограждение. – В воспоминаниях последнего года доминирует смерть брата и чувство неспособности соответствовать тем стандартам, которые тот задал – как ученик и как сын.
– Говорил ли Питер о родителях?
– Да. Он их любил, но не ощущал уверенности в том, что они его защитят.
– От чего?
– От проблем в школе, от тяжелых чувств, от мыслей о суициде.
Повернувшись к присяжным, Джордан спросил у своего свидетеля:
– На основании ваших личных наблюдений и на основании выводов доктора Герца удалось ли вам с достаточно высокой степенью медицинской достоверности диагностировать то состояние, в котором Питер находился шестого марта две тысячи седьмого года?
– Да. Питер страдал посттравматическим стрессовым расстройством.
– Объясните, пожалуйста, в чем суть данного заболевания.
Доктор кивнул:
– Это психическое расстройство, которое может возникнуть после того, как человек подвергся притеснениям или мучениям. Например, мы все слышали о том, что солдаты, вернувшиеся с войны, плохо адаптируются к нормальной жизни. Причина – посттравматическое стрессовое расстройство. Люди, которые им страдают, часто видят тяжелые моменты своей жизни во сне, испытывают проблемы с засыпанием, чувствуют себя изолированными от всех. В тяжелых случаях, после серьезных травм, возможны галлюцинации и диссоциативные состояния.
– Вы хотите сказать, что утром шестого марта у Питера были галлюцинации?
– Нет. Но думаю, он находился в диссоциативном состоянии.
– Что это означает?
– Это означает, что человек присутствует где-то физически, но отсутствует ментально, – пояснил Кинг. – И что его чувства, возникшие в связи с каким-то событием, не соотносятся с объективными знаниями об этом событии.
Брови Джордана сомкнулись над переносицей.
– Постойте, доктор. Получается, что в диссоциативном состоянии человек может водить машину?
– Запросто.
– А может ли он смастерить бомбу?
– Да.
– Зарядить пистолет?
– Да.
– Выстрелить?
– Конечно.
– И при этом человек не будет осознавать, что делает?
– Да, мистер Макафи, – сказал Кинг. – Так и есть.
– Когда, по вашему мнению, Питер впал в описанное вами состояние?
