Он ничего не говорил и не делал, точка. Он появился один раз, и больше не приходил.
— Такое часто бывает?
— Иногда, — ответила Натали, — если человек еще не готов заявить о своей ориентации. А иногда приходят придурки, которые просто хотят узнать, кто гей, чтобы потом издеваться.
— Как ты думаешь, Питер мог принадлежать к какой-нибудь из этих категорий?
Она долго молчала, глаза ее были все еще закрыты. Патрик поднялся, решив, что она уснула.
— Спасибо, — сказал он матери, и тут послышался голос Натали.
— Над Питером издевались задолго до того, как он пришел к нам, — сказала она.
Пока Селена разговаривала с Лейси Хьютон, Джордан сидел с Сэмом, а тот никак не хотел засыпать сам. Тем не менее, десятиминутная поездка в машине моментально вырубает ребенка, поэтому Джордан одел сына потеплее и усадил в детское кресло. И только когда начал выезжать со двора, услышал скрежет колес по асфальту: все четыре покрышки были проколоты.
— Черт, — выругался Джордан, когда Сэм опять начал плакать в своем кресле. Он достал ребенка, отнес его обратно в дом и усадил в рюкзак-кенгуру, в котором Селена носила его по дому. А потом позвонил в полицию и сообщил о хулиганстве.
Джордан понял, что у него проблемы, когда дежурный офицер не попросил повторить фамилию — он хорошо ее знал.
— Мы разберемся, — сказал он. — Но сначала нам нужно снять с дерева белку, которая не может сама спуститься.
Трубка умолкла.
Можно ли подать в суд на полицейского, который оказался бесчувственным ублюдком?
Каким-то чудом — вероятно из-за гормонов стресса — Сэм уснул, но испугался и разорался, когда позвонили в дверь. Джордан распахнул дверь и обнаружил там Селену.
— Ты разбудила ребенка, — набросился он на жену, пока она Доставала сына из переноски.
— Значит, не надо было закрывать дверь. Привет, дорогой, — заворковала она. — Папа обижал тебя, пока меня не было?
— Кто-то проколол покрышки на моей машине.
Селена посмотрела на него поверх головы малыша.
— Да, ты точно знаешь, как заводить друзей и оказывать влияние на людей. Давай угадаю — в полиции не очень хотели принимать твое заявление?
— Не очень.
— Думаю, это логично, — сказала Селена. — Ведь ты согласился взяться за это дело.
— А как насчет поддержки?
Селена пожала плечами.
— Этого не было в клятве, которую я давала перед алтарем Если хочешь, чтобы тебя пожалели, это не ко мне.
Джордан запустил руку в волосы.
— Но ты по крайней мере что-нибудь узнала у матери? Например, что Питер был на учете у психиатра?
Она высвободила одну руку из куртки, не выпуская Сэма, затем другую, расстегнула блузку и села на диван, чтобы его покормить.
— Нет. Но у него был брат.
— Правда?
— Ага. Который погиб и который, пока его не сбил пьяный водитель, был сыном американской мечты.
Джордан сел рядом с ней.
— Я могу это использовать…
Селена закатила глаза.
— Ты можешь хоть один раз быть не адвокатом, а просто человеком? Джордан, у этой семьи было такое горе, что шансов оклематься практически не было. Парень стал пороховой бочкой. Родителей волновало только собственное горе, и они все проглядели. Питеру не к кому было обратиться.
Джордан посмотрел на нее, и на его лице заиграла улыбка.
— Отлично, — сказал он. — Наш клиент начинает вызывать сочувствие.
Спустя неделю после выстрелов в Стерлинг Хай школа Моунт Лебанон — в прошлом начальная школа, а ныне, после сокращения количества школьников в Лебаноне, административное здание — была готова стать временным домом для старшеклассников, чтобы они могли закончить учебный год.
В тот день, когда уроки должны были возобновиться, в комнату Джози вошла мама.
— Тебе необязательно это делать, — сказала она. — Можешь еще несколько недель побыть дома, если хочешь.
Несколько дней назад пронесся шквал телефонных звонков и паники, когда все ученики получили письмо, где сообщалось, что учеба возобновляется. «Ты будешь возвращаться? — А ты?» Ходили слухи о том, кого мамы не пустили в школу, кого перевели в школу Святой Марии, кто будет преподавать математику вместо мистера МакКейба. Джози не позвонила никому из своих друзей: она боялась услышать их ответы.
Джози не хотелось возвращаться в школу. Она не могла представить, как пройдет по коридору, даже если это будет не коридор в Стерлинг Хай. Она не понимала, чего ожидали от них инспектор по образованию и директор школы, ведь теперь им придется играть роли учеников, потому что настоящие чувства могут просто убить. Но другая часть Джози понимала, что в школу возвращаться необходимо, потому что там ее место. Только ученики Стерлинг Хай могли действительно понять, как это — проснуться и стараться хоть несколько секунд не вспоминать о том, что твоя жизнь уже не такая, какой была прежде. И только они забыли, как легко верилось раньше, что земля под их ногами твердая.
Если ты затерялся в открытом море с тысячей других людей, можно ли считать, что ты заблудился?
— Джози? — услышала она мамин голос.
— Все в порядке, — солгала она.
