В последний раз они нормально разговаривали пять лет назад, когда учились в шестом классе. Он был уверен, что настоящая Джози вырвется из этого тумана популярности и поймет, что у ее теперешних друзей лоск фигур, вырезанных из картона. Он был уверен, что как только они начнут дразнить других ребят, она сразу же вернется к Питеру. «О Боже, — скажет она, и они вместе посмеются над ее путешествием в преисподнюю. — О чем я только думала?»
Но Джози так и не приползла к нему на коленях, и тогда он подружился с Дереком из футбольной команды. А когда перешел в седьмой класс, то уже невозможно было и поверить, что когда-то они с Джози две недели придумывали секретное рукопожатие, которое никто не сможет повторить.
— Ну, — сказала Джози в тот первый день так, словно они раньше никогда не встречались, — что мне делать?
Они работали вместе уже неделю. Ну, не совсем вместе. Их общение было больше похоже на танец, прерываемый вздохами и хрипами ксерокса и пронзительным звонком телефона. Большинство фраз, которыми они перебрасывались, были просто обменом информацией: «У нас еще есть тонер для цветного принтера? Сколько стоит отправить отсюда факс?»
Сегодня Питер множил копии статьи для курса по психологии в колледже. Время от времени, когда страницы проходили через автоматическую листоподборочную машину, Питер видел снимки мозга шизофреника: ярко-розовые крути в лобных долях, которые на копиях были серыми.
— Как называются слова, если ты называешь предмет по торговой марке, а не тем, чем он есть на самом деле?
Джози скалывала степлером другие копии. Она пожала плечами.
— Как ксерокс, например, — сказал Питер.
— Памперсы, — подумав, сказала Джози.
— Вискас.
Джози подняла глаза.
— Паркер, — сказала она.
— Чупа-чупс.
Она на секунду задумалась, и на лице расползлась улыбка.
— Ролекс.
Питер улыбнулся.
— Поляроид.
— Тефаль.
— Это не…
— Иди проверь, — сказала Джози. — Джакузи.
— Туалетный утенок.
— Джип.
Они уже оба прекратили работу и стояли рядом, смеясь, когда зазвонил колокольчик над дверью.
В магазин вошел Мэтт Ройстон. На нем была кепка с эмблемой хоккейной команды Стерлинга, поскольку, несмотря на то что сезон начинался только через месяц, все знали, что его возьмут в основной состав, даже если он только перешел в старшую школу. Питер, который наслаждался чудесным превращением Джози в ту, прежнюю, увидел, как она повернулась к Мэтту. Ее щеки порозовели, глаза вспыхнули, как яркие огоньки.
— Что ты здесь делаешь?
Он наклонился над прилавком.
— Ты так обращаешься со всеми клиентами?
— А тебе нужно что-то скопировать? Губы Мэтта изогнулись в улыбке.
— Ничего подобного. Я оригинал. — Он обвел взглядом магазин. — Значит, здесь ты работаешь.
— Нет, я прихожу сюда поесть бутербродов с икрой и выпить шампанского, — пошутила Джози.
Питер следил за этим диалогом. Он ожидал, что Джози скажет Мэтту, что занята: даже если это и не так, но она ведь разговаривала с ним, когда Мэтт вошел. Вроде как разговаривала.
— Когда ты заканчиваешь? — спросил Мэтт.
— В пять.
— Некоторые идут сегодня вечером к Дрю.
— Это приглашение? — спросила она, и Питер заметил, когда она улыбается действительно широко, у нее появляется ямочка, которую он раньше никогда не замечал. Или может быть, при нем она никогда так не улыбалась.
— А ты хочешь, чтобы это было приглашение? — ответил Мэтт.
Питер подошел к прилавку.
— Нам нужно возвращаться к работе, — выпалил он.
Глаза Мэтта переметнулись на Питера.
— Не смотри на меня, гомик.
Джози подвинулась так, чтобы заслонить Питера от Мэтта.
— В котором часу?
— В семь.
— Увидимся там, — сказала она.
Мэтт хлопнул ладонью по прилавку.
— Отлично, — сказал он и вышел из магазина.
— Вазелин, — сказал Питер.
Джози непонимающе повернулась к нему.
— Что? А, правильно.
Она взяла копии, которые скрепляла, сложила несколько пачек одна на другую, выравнивая края.
Питер заложил еще бумагу в машину, которая продолжала свою работу.
— Он тебе нравится? — спросил он.
— Мэтт? Думаю, да.
— Не так, — сказал Питер, нажал кнопку «КОПИРОВАТЬ», глядя, как из машины начали появляться идентичные близнецы.
Когда Джози не ответила, он подошел к сортировочному столу и встал рядом с ней. Взял стопку листков, скрепил их и передал Джози.
— Как это? — спросил он.
— Что именно?
Питер на мгновение задумался.
— Быть на вершине?
Джози потянулась мимо него за следующей стопкой копий и сунула ее в степлер. Она проделала это трижды, и Питер подумал, что она собирается проигнорировать его вопрос, но тут она заговорила.
— Чувствуешь, что стоит сделать один неверный шаг, — сказала она, — и упадешь.
