Девятнадцать писем (ЛП) полностью

— Всё хорошо, мам. Всё будет хорошо. Я просто хочу, чтобы ты отпустила злость и боль. Это тебя разрушает.

За секунды её слёзы перерастают в сотрясающие рыдания, но я её не отпускаю. И не пытаюсь их остановить. Ей нужно их выплакать и, наконец, погоревать, чтобы двигаться вперёд.

Проходит много времени, прежде чем они, наконец, прекращаются.

— Прости, что заставила тебя плакать, но готова поспорить, от этого тебе лучше, — я тянусь за пачкой салфеток, которая стоит в центре стола, передавая её маме. — Как бы я ни хотела, чтобы вы двое снова сошлись, мне хватит просто дружбы.

Она с надеждой мне улыбается.

— Дружить я могу. Мы действительно хорошо провели время прошлым вечером.

— Я счастлива это слышать.

Когда она собирается встать, я её останавливаю.

— Сиди, давай я приготовлю тебе завтрак.

— Спасибо, — мягко говорит она, и я знаю, что она благодарит меня не только за завтрак. Эти люди моя семья, и они так много для меня сделали. Я хочу отдать что-то в ответ. Только то, что я не помню свою жизнь с ними, не значит, что у меня не развились к ним настоящие чувства.

В моей голове порхают воспоминания о моём вчерашнем сне. Это была просто случайность? Мои родители прошлым вечером говорили об Аннабель за ужином, но они не упоминали о том, как она потерялась.

— Можно задать тебе вопрос? — говорю я, ожидая, когда приготовится тост.

— Конечно.

— Вы выяснили, что произошло с Аннабель?

— С твоей куклой?

— Да.

— Твой отец нашёл её в машине, если меня не подводит память… Думаю, она упала под заднее сидение.

Я не могу сдержать улыбку, которая растёт на моём лице, когда я поворачиваюсь к ней спиной. Я не хочу, чтобы она это видела. Я не буду обнадёживать себя или кого-либо другого. Но может, только может… Это первый знак?

Глава 30

Брэкстон

— Я иду домой, — говорит Лукас, заглядывая в мой кабинет.

— Я тоже скоро ухожу, — я поднимаю глаза, встречаясь с ним взглядом. — Хочу только закончить это письмо для Джеммы.

Он задумчиво мне улыбается.

— Как у вас двоих дела?

— Всё хорошо, — я чувствую, как улыбаюсь, просто думая о ней.

— Я рад, — он отталкивается от косяка. — Увидимся утром.

— Спокойной ночи, приятель.

Я открываю на ноутбуке календарь за 2006 год, чтобы найти точные даты, которые понадобятся мне для этого письма.

ПИСЬМО ТРИНАДЦАТОЕ…

Дорогая Джемма,

Первое декабря 2006 года. Нам удалось скрывать свои отношения неделю, но мы целовались каждый раз, когда выпадал шанс. Это был только вопрос времени, когда нас поймают. Оглядываясь сейчас на тот день, я благодарен, что нас застала твоя мама, а не твоей отец.

Это была пятница. Я весь день ждал, когда ты вернёшься домой. Я сидел на передней веранде, когда заметил тебя в конце улицы, и побежал тебе навстречу. Я так сильно хотел тебя поцеловать, но не мог рисковать, чтобы нас увидели какие-нибудь соседи.

Когда мы подошли к твоему дому, ты схватила меня за руку и притянула к стене дома, за ящики.

Я прижал тебя к стене, накрывая твои губы своими. Мои действия были отчаянными. Наши отношения не заходили дальше поцелуев, но мой фонарик присутствовал в кармане постоянно. Мы оба были более чем готовы сделать следующий шаг, но мы по-прежнему жили с родителями, так что это было невозможно. И я никак не мог допустить, чтобы наш первый раз был на заднем сидении твоей машины.

Я нашёл работу на неполный день, стриг газоны, и ты об этом не знала. Я пытался заработать достаточно денег, чтобы отвезти тебя куда-нибудь, и хотел, чтобы это было сюрпризом. Я обслуживал своих клиентов в учебные часы и планировал работать на каникулах, пока ты будешь на своих сменах в кафе.

Моя рука скользнула под твою майку, когда наши поцелуи стали жарче.