— Григорян! Что у вас происходит? Что за массовая перестрелка? — послышался требовательный голос из появившегося синего облака над артефактом.
— Тут нет контрабандистов, — ответил следователь, осматривая пиджак.
— В смысле нет? А кто тогда там устроил вооруженную потасовку? Вы вкурсе, что застрелили какую-то старушку?
— Естественно в курсе. Это был я, — хмыкнул Григорян. — Тут не контрабандисты. Тут организованная ОПГ под предводительством Шишкина.
— В смысле «под предводительством»?
— В прямом. Гниды так отожрались, что им проще было поставить главным аристократа, чем бодаться с нами. Шишкин быстро сообразил, к чему все идет и подмял город. Контрабанда тоже на них, но это не основной род деятельности.
— Много фактов?
— Достаточно, чтобы высылать группу ликвидаторов, — кивнул Григорян. — Причем срочно, пока концы в воду не ушли.
— Принял. Сегодня же вышлем, — отозвался голос из облака, по которому пошла рябь. — Григорян, по поводу того случая с Падловым. У тебя в том городе остались информаторы?
— Чего? — нахмурился следователь. — Информация всплыла?
— Нет. У нас задача на Громова сверху, — отозвался куратор. — Он был в этом городе. Специально приезжал. Официально — познакомиться с невестой, но есть подозрение, что это прикрытие для каких-то его дел.
Григорян тяжело вздохнул.
— Слушайте, вы можете точно ставить задачи? — недовольно буркнул мужчина. — Что значит задача сверху? Просто узнать — это одно. Нарыть и перевернуть грязное белье — второе. Найти доказательства для императорского суда — третье.
— Максим Александрович в последнее время совсем потерял берега, — с серьезным тоном отозвался голос. — Если раньше его отношение к простолюдинам было терпимо, то сейчас он начал себе позволять лишнего в отношении дворян.
— Изнасиловал дворянку что-ли? — хмыкнул Григорян. — Или прихлопнул кого?
— Не имеет значения. Есть запрос на полную картину сверху.
— Я же вам уже давал показания очевидцев и некроманта. Его жены не рожали. Он их убивал до родов. Скорее всего забивал досмерти. Этого мало?
— Это внутрисемейные дела, — отозвался голос из облака. — Есть мнение, что его надо приструнить.
— Его? Приструнить? Его грохнуть пора по тихому, — тяжело вздохнул следователь и поднялся. — Такую тварь поискать еще надо.
— Это не нам решать. Не забывайте, в Громовых течет императорская кровь. Просто найдите по нему информацию.
— Легко сказать, — проворчал Григорян и поднялся. Однако, ногу снова заклинило и на босую ступню из металла, упал сноп искр из под штанины. — Только вот я никуда не двинусь, пока меня не обслужит нормальный артефактор.
— Что? Причем тут…
— При том, что раньше ногу клинило, а теперь она искрит не хуже бенгальского огня, — рыкнул Григорян. — Сначала полноценный ремонт, потом дело.
— Будет вам обслуживание, но после Громова.
— Будет вам Громов, после обслуживания, — постарался придать голосу невозмутимость следователь.
— Григорян!
— Куратор!
— Это ни в какие ворота! Что за условия?!
— Это ни в какие ворота! Что за условия?! — повторил за ним следователь.
Облако над стальным цилиндром дрогнуло. По нему прошла рябь.
— Вы забываетесь, Григорян. Незаменимых людей нет.
— Ха… ха-ха… — театрально гаркнул Григорян. — Буду крайне признателен, если сможете меня заменить. Только императору сказать об этом не забудьте.
Мужчина подошел к цилиндру и оборвал связь. Немного посмотрев на него, он швырнул его в чемодан и недовольно процедил.
— Что, мать его, за жизнь такая? То найди, то похеру, то снова найди.
Тут цилиндр в его руке снова мигнул, сообщая о входящей попытке связи.
— Ага, щас, только от ноги прикурю, — хмыкнул Григорян, ощупывая ногу, которая заметно нагрелась. — Как бы не ебнуло, ей богу…
Я сидел на полу в своей комнате, а вокруг меня лежало множество скомканных листов, среди которых можно было разобрать фигурки уточек. Да-да, именно уток мать вашу!
Прошло уже около трех месяце, где я каждый день тренировался магии пытаясь научиться красоте. Мысли о рисовании я отбросил практически мгновенно. Как я смогу рисовать магией, если не умею и руками? Поэтому я принялся тренироваться при помощи бумаги.
Сперва просто складывал листы пополам. Потом начал их складывать в несколько раз. А потом меня осенило, и я попробовал оригами… Первым моим успехом в этом деле стал небольшой кораблик, который я смог сложить после тысячи попыток. И когда дело пошло плюс-минус гладко, я решился на лебедя. Ага… Только вот почему-то все эти лебеди какого-то хрена напоминали мне обычных уток…
Я попробовал сделать ещё одного лебедя, по итогу посмотрел на очередную утку, скомкал фигурку и отбросил в угол комнаты к остальным уродцам.
— Какого хрена? — на выдохе проговорил я. — Долбанные утки…
Нунахер!
Да, я упертый. Особенно когда дело касается магии. Но эти утки… нет уж. Надо будет найти учебник по оригами и отыскать там более сложные фигурки, но никаких пернатых! А пока, пора бы уже съездить за очередной порцией зелья.
— Фирс, ты надолго уходишь? — обратилась ко мне мама застав меня у входной двери.
— Не знаю, — пожал я плечами. — Как получится. А что такое?
