— Я использую малые части, и предпочитаю не связываться с черными разновидностями. Они самые опасные. Кусочка хватает, чтобы восстанавливаться. Но сам понимаешь, в гостях у церковников было трудно рассчитывать на достойный сервис и медицинское обслуживание. То есть дорогостоящими частями сердец меня не пичкали. Дан, за эти годы я сильно сдал и обзавелся неприятными болячками. Все от проклятой сырости. Твои люди вырезали сердце у той твари, которую прикончили в крепости. Не мог бы ты…
— Раньше бы сказал, у нас такого добра хватает. Многих своих людей только этим и спасали.
— До встречи с Именем я даже не думал об этом. Не старайся так привязаться к птице, как это сделал я. Всему виной мои эксперименты. Из-за такой связи разлука с попугаем сделает из тебя неполноценного. Так что если ты не против, я бы хотел сделать это прямо сейчас. Нужен всего лишь небольшой кусочек. Пора начинать приводить себя в норму.
— Только один вопрос. Маленький. Почему у твоего попугая такая странная кличка?
Сентиментальность. Воспоминание из детства,
— Не понял.
— Слово «имя» есть и в моем родном совершенно другое. Очень личное. Вот только означает оно нечто…
— Хорошо, я понял. Просто языковое совпадение.
— Да — именно так. Если вопрос исчерпан, давай займемся лечением.
Попугай едва заметно покосился на яблочную дольку, которую я ему предложил, затем на меня. Взгляд его можно было охарактеризовать одним словом — потухший. Если убрать из него совсем уж крохотную, почти неуловимую искорку жизни, то глаза станут точь-в-точь как у на совесть замороженной курицы.
Этой птице не помешают услуги психотерапевта…
Зерд присел рядом, протянул своему попугаю аналогичное лакомство. Тот робко осмотрел подношение, осторожно попробовал, затем чуть оживился, заработал клювом по-настоящему.
— Он всегда любил фрукты, — произнес Зерд.
— Очень плохо выглядит.
— Пройдет немного времени и станет прежним. Жрецы ему не давали покоя днем, а ночами оставляли рядом тварь. Знают, что он от такого соседства нервничает. У себя его держать опасались, там слишком много тварей, птица долго не выдержит такое соседство. Даже одна на него плохо влияла.
— Чего они хотели? Чего добивались от птицы?
— Это часть тайны стражей. Наблюдали, пытались изучать.
— Спасибо, что вскрытие не устроили. Отчего такая честь именно твоему попугаю? Не могли других наловить?
— А ты когда-нибудь видел этих птиц на свободе?
— Нет. Но я в основном на севере живу, а тропические птицы холод не любят.
— Мороз они переносят легко. И поймать их жрецы не могли нигде, потому что не знают, где такие водятся. Это одна из тех загадок, ответ на которую их очень интересует.
— Эти птицы — сплошной клубок загадок.
— Кстати, раз речь зашла о птицах: где запропастилась твоя? Зеленый так и не вернулся, а ведь он умеет находить хозяина где угодно.
— Его выпустят, когда корабли войдут в устье Гваи.
— Я не совсем тебя понимаю…
— Зерд, ты ведь в свое время не последним пиратом был, что тут может быть непонятного? У нас не хватило сил для захвата Шрадра, но зря что ли я сюда такой флот притащил? Тем более, что там не только мои воины, а чужим нужно вознаграждение. Не буду же я из своей казны оплачивать их потерянное время.
— То есть пока мы искали путь в крепость…
— Ага, кое-кто внес изменение в планы. Зеленый передал донесение, в котором я приказываю выдвигаться к реке. Очень удачно, ведь консул со всей провинции людей стягивал для защиты Шрадра, так что гарнизоны других городов и поселений ослаблены. А уж после переполоха, что мы устроили, он скорее всего всех живых к себе сгонит, опасаясь, что это было лишь начало. Консул очень осторожный человек. Я предлагал ему хитроумный план, по сути повторение той ловушки, в которую когда-то угодили твои корабли. Но он не соблазнился возможностью схватить стража, все корабли остались в гавани. Их подготовили к отплытию, но и только. У нас, в моем мире, есть поговорка: лучше маленькая птица в руках, чем большая в небесах. Вот он и ухватился обеими руками за маленькую птицу пытаясь сохранить Шрадр. Так что моим ребятам будет проще щипать другие цели, куда более доступные, и к тому же сейчас ослабленные.
— И ты вот так, легко, отправил свой флот грабить речные города?
— Что не так?
— То, что тебя там нет.
— Уж поверь, моими кораблями командуют люди, которые в морском грабеже иногда разбираются получше меня. Справятся.
— Странные времена наступают… Давненько демов не грабили, а ты, как я понял, делаешь это уже второй раз.
— Второй налет на побережье. Острова мы атаковали много раз, о нападениях на корабли даже не буду говорить. Я понятия не имею, сколько мы отправили на дно. Сбился со счета.
— После меня кто-то нападал на побережье? Я имею ввиду не тебя.
