Девушка, меч, киберпанк и самураи. Казалось бы, что может связывать всё это воедино? Генетические манипуляции, бусидо и орбитальные колонии. Вот ещё один фрагмент головоломки.Ответом может служить ещё один вопрос.Что же всё-таки победит, дух воина или боевая мутация?Всё это в рассказе «Девичий цвет».От автора:Рассказ для конкурса «Нежная сталь».
Мышцы ныли от переутомления. Казалось, я не смогу просто подняться с татами. А уж о продолжении спарринга и речи быть не может.
Но насмешливый взгляд сэнсэя жёг затылок, и, кое-как перевернувшись на бок, я, опираясь о колено, смогла встать. Чтобы спустя секунду вновь оказаться внизу. В этот раз с заломленной за спину рукой.
— Достаточно, Куэбэцу.
Меня тот час же отпустили и даже помогли встать. Всё-таки неплохой парень этот Куэбэцу, хоть и помял меня знатно. Даже в тренировочном бою не может быть пощады. Это я усвоила навсегда. С самой первой схватки, когда меня, ещё тогда неоперившуюся ученицу четвёртого кю, поставили против мастера второго дана.
Конечно, тогда меня пожалели и не били в полную силу. Как-никак мой проступок был не слишком тяжёл. Я всего лишь разбила нос одному из хулиганов, что приставал ко мне в школе. Для этого мне даже не пришлось вытаскивать
Вот только сэнсэю очень не понравилось моё поведение. И, чтобы показать мне насколько я не права, используя своё превосходство во владении боевыми искусствами, он применил этот несложный метод. Заставил меня биться с гораздо более сильным противником практически без шанса на победу.
Урок я вынесла. Вместе с десятком новых синяков и царапин. Не спасли даже доспехи. Теперь, прежде чем ответить физически я стараюсь показать обидчику, что он не прав морально. Чаще всего срабатывает. Ну а если, что-то пойдёт не так, всегда есть вариант вернуться к отработке ударов на
— Послушай Елена, ты сегодня слишком расслаблена. Где твоя концентрация? — обратился ко мне учитель.
Накаяма Сэтори, мой сэнсэй несмотря на свой почтенный возраст, почти 105 лет, ещё мог не только крепко держать меч, но и учить этому прекрасному боевому искусство других. И сейчас, внимательно глядя мне в глаза, он ждал честного ответа. Вот только дать его я не могла.
Причин тому было множество. А самая главная в том, что я не хотела его разочаровать. Слишком уж много учитель вложил в меня. А ведь моя кровь даже наполовину не была японской. Так четверть того, четверть этого. Я вообще удивлена, что меня приняли в ученики к такому мастеру, как Накаяма. Именно поэтому сейчас мне совершенно не хотелось говорить правду о том, что я, возможно, буду бросать занятия
— Простите меня Накаяма-сан, я действительно немного устала после занятий в университете. Обещаю, больше такого не повторится.
В какой-то степени это даже не было ложью, ведь скоро я действительно уйду из его школы
— Тебе нужно больше отдыхать. Попробуй более планомерно выстроить свой график. Помни, что у нас есть утренние занятия и в выходные дни. А сейчас, думаю, тебе стоит закончить тренировку. Организм должен быть сосредоточен, когда получает новые знания. На сегодня ты свободна.
Коротко попрощавшись со мной, он вернулся к другим ученикам.
Что ж, утренняя тренировка хороший вариант, если только не учитывать мой рабочий график. Где именно в это время я нахожусь на ресепшене капсульного отеля. Почасовая оплата, то, что мне нужно. А дальше занятия в университете, после которых уже поздним вечером я оказываюсь валяющейся на татами с вывернутой рукой.
Вот такое у меня отличное расписание.
Правда, я выбрала его сама. Но если быть до конца откровенной, то вариантов особо много и не было. Сидеть у родителей на шее и ждать перемен к лучшему, либо двигаться вперёд, пусть и такими крохотными шажками.
К тому же передо мной всегда есть пример старшей сестры. Которая улетела с Земли на орбитальные колонии и живёт себе там в неге и роскоши. Успевая при этом присылать нашему немногочисленному семейству десять процентов своей зарплаты. Что в принципе обеспечивает нас, как минимум, всем необходимым. Ну, а остальное в общий бюджет приношу я и пенсия отца и матери.
В общем жить можно, хотя и сложно.
С другой стороны, мне грех жаловаться. В многомиллионном мегаполисе, что занял чуть ли не половину Евразийской пустоши, у большинства населения дела обстоят куда хуже.
Занимая голову такими невеселыми мыслями, я переоделась и, кивнув на прощание нескольким знакомым в зале, вышла наружу. Комплекс, где располагалось
