Макс снял с Лизочки белье и успокаивал ее поцелуем, дразнил пальцами кожу на увеличенных сосках. Макс Боровский был не против, чтобы они остались такими — большими, темными и чувствительными даже к легким прикосновениям. Макс целовал Лизу между ног, наслаждаясь тем, как пахнет чистое тело, а затем усадил ее себе на лицо, желая напиться вкусными соками.
— Теперь моя очередь за сладеньким, — улыбнулась девушка, опускаясь к ногам мужчины. Лизочка принимала исполинский леденец, посасывая верхушку и рассчитывая, что ее вознаградят за старания пряной начинкой. Но Макс не был сегодня щедрым — и не собирался отдавать все сразу. Лишь одна, самая сладкая и первая капля попала в Лизочкин ротик, распаляя и обещая, заманивая в сети и вдохновляя на новые подвиги.
— Оставим на потом, — Макс привлек Лизу к себе. Их губы соединились, чтобы снова учиться жить друг без друга, пока Лизочка ласкает Макса языком, развернувшись к мужчине попкой. Руки Боровского гладили губки Лизочки, и когда его малышка взмокла, Максим решился войти. Это было не так, как раньше. Сегодня он не напоминал вора, желающего собрать сливки и скрыться. Максу хотелось дарить любовь, пусть только порочную. Но и в ней девушка видела чувства, ощущая себя самой любимой.
— Теперь ты обязан жениться, — невпопад хихикнула Лизочка, а Макс лишь крепко схватил ее за волосы, не имея сил оставаться нежным так долго. Комната мгновенно ожила от громких шлепков и сладких девичьих стонов. — Хватит меня есть! — пискнула Лизочка, когда Максим заменил могущественный «меч» языком и принялся целовать помощницу во влажные губки, словно перед ним лицо самой желанной девушки, а не то, что было на самом деле.
— Привет! Чем занимаешься, красавчик? — Ника звонила своему папочке с самого утра, словно это не она пыталась прибить его в кафешке. — Мы же послезавтра встречаемся? — выплясывала девушка, ожидая, когда Боровский бодро скажет: «Да!». Тем временем, Макс медленно провел рукой по стройной девичей ножке, понимая, что стоит задержаться в гостинице, пока Лизочка находится в хорошем настроении, а еще лучше — отвезти ее к себе, чтобы сын привыкал к новому дому.
— Извини, малыш, но я как бы занят, очень, — наверное, это было впервые, когда Боровский не бросился исполнять каприз Вероники и чувствовал он себя весьма неловко. — Дела навалились. Сама понимаешь, — оправдывался Макс, осознавая, что ничего Ника не захочет понимать. И в том, что избалованная принцесска могла надуть губки была «заслуга» Максима. Но поскольку даже принцессам нужно взрослеть, Макс Боровский не собирался сейчас уступать. К тому же, его Нике скоро будет восемнадцать. Неужели это случится послезавтра?
— Я понимаю, — неодобрительно хмыкнула девушка, — но мне же не каждый день восемнадцать — рассчитывала Ника на раскаянье Макса, когда тот поймет, о чем забыл. Только Макс, собравшись за долю секунды до Вероникиного вопроса, и виду не показал, что он что-то запамятовал.
— Конечно, малышка, поэтому мы встретимся уже на Дне рождения, а вот выбирать декорации к празднику тебе придется с Катей. Думаю, хоть с этим она справится, — вредничал Боровский, считая мать Ники и по совместительству свою бывшую жену не только алчным исчадием Ада, но и первой неумехой во всем многомиллионнике. — Надеюсь, я не сильно ее обидел? — спросил Макс, чувствуя себя полным идиотом — он понимал, что даже будучи смертельно обиженным на Екатерину, агриться из-за ссоры пятилетней давности — полнейший трындец.
— О, за это не беспокойся! — неожиданно повеселела Ника, полностью игнорируя наезды Макса на ее же мамочку. — Главное, что ты будешь, а декорации — полная ерунда. Думаю, Ми…, мы, то есть, со всем справимся. Захватим с собой грубую силу! — щебетала Вероника, а Боровского чуть не стошнило, когда он подумал о Витьке, но Макс героически справился с позывом, посмотрев с уважением на Лизу. Скорее всего, гордился бесстрашной женщиной, способной терпеть все неудобства, чтобы у Макса появился ребенок.
— Если что-то не получится, позвони мне, — дал последние настановления Макс, надеясь, что все у Ники выйдет — и у него будут лучшие выходные за последние пять лет. — Но, Ник, только в крайнем случае, — заговорщицки зашептал Макс, не догадываясь, что выдал себя полностью.
— Хорошо, хорошо, я поняла! — веселилась Ника, как девочка, случайно спалившая родителей за тем, что они готовят для нее неожиданный сюрприз. — Лизу можешь взять с собой, если она не против, конечно. Мы хорошо тогда друг друга потрепали, — шепотом призналась девушка, как будто Боровский не видел представления. — Ну, сама виновата — нечего было мне привирать, что ребеночек от тебя, — выдохнула Ника, чувствуя небольшую вину перед Максом — она-то рассказывала о важности правильного обращения с молодой мамочкой, а затем оттаскала Лизу за волосы.
