Аленушка одурманила его сегодня ночью, он даже не почувствовал ее присутствия. Он вообще не почувствовал ничего подозрительного… Неужели она может подобраться к нему вновь настолько близко? Если они зайдут слишком далеко…
Царь не получит свою претендентку на роль Шамаханской царицы и тогда Мехмеду не поздоровится, ведь он провалит задание. И это будет не просто выговор… Все куда хуже, он может попасть в опалу… И все из-за этой сладкой и хитрой женщины.
Он вновь посмотрел в ее карие глаза и вдруг улыбнулся пришедшей в голову идее. Наклонился к девушке, потерся носом о ее щеку, вдохнул сладкий аромат ее тела, погладил плечи и скользнул ниже.
– Твои угрозы интригуют… – шепнул Мехмед, а потом не удержался и поцеловал ее в чувствительное место чуть ниже ушка. Девушка в его объятьях задрожала. – Но, чтобы избежать искушения, я просто тебя свяжу!
– Что! – Аленушка, что есть силы пихнула его руками в грудь, но Мехмед был настороже и не позволил красавице отстраниться.
– А что такого, шелковые ленты на запястьях слегка поубавят твою прыть, – пальцы Мехмеда ласково погладили ключицу и скользнули пальцами вниз медленно касаясь кожи груди. – А заодно позволят мне насладиться твоим прекрасным телом. Обещаю, мы не зайдем далеко, но я заставлю тебя стонать от удовольствия.
– Нет!
– Ты же не думала, что твоя сегодняшняя выходка останется безнаказанной! – его пальцы сейчас неспешно расстегивали пуговицы на лифе ее наряда. – Для начала снимем все лишнее. Навеянный тобой сон этой ночью был такими горячими, что мне не терпеться, попробовать тебя на яву.
– И что же на это скажет царь?
Мехмед загадочно улыбнулся, а его пальцы скользнули еще ниже, поглаживая пальцами ее плоский животик, затем цепляя завязки на шароварах, что вызывало в ней такую сладкую дрожь.
– Аленушка, у тебя сложилось очень смутное представление о Шамаханском царстве, – его голос стал таким мягким и вкрадчивым, а руки наглыми и дерзким.
Мехмед без зазрения совести потянул за завязки шаровар. Еще чуть-чуть и первый слой ее одежек будет снят.
– Возможно… Но ни одному вельможе не понравится, если ему доставят женщину с которой забавлялся подчиненный.
– Забавлялся? Нет, – выдохнул Мехмед ей в губы. – Обучал ласкам, да…
Наконец-то на ее красивом лице отразилось недоумение. Между бровей залегла маленькая складочка, а вскоре в глазах отразилось понимание. Аленушка отпрянула, вернее попыталась, но попросту не успела, Мехмед подхватил ее под попу и уложил на постель, а сам навис сверху.
Девушка сдавленно пискнула и попыталась отпихнуть его ногами, но и в этом не преуспела, Мехмед раздвинул коленом ей ноги и устроился в самой неприличной позе.
– Пусти меня! – ее глаза полыхали от гнева, вот только она оказалась крепко вжата в постель, сколько не дергайся, а не выпутаться.
– Не хочу! – шепнул он, затем снова наклонился и пробежался языком по чувствительным точкам на шее, на этот раз лаской вырвав ее тихий стон, а следом новую попытку высвободиться. Это заставило его улыбнуться, он наклонился и легонько подул на разгоряченную поцелуями кожу, вызывая череду мурашек на ее теле.
– Прекрати! – потребовала она.
– Знаешь, в Шамаханском царстве, есть даже специальные учителя для наложниц и многие знатные семьи платят золотом, чтобы эти достойные мужи обучили их дочерей искусству любви.
– Какая мерзость!
– Совсем нет, – он перехватил ее запястья одной рукой и улыбнулся, обозревая полуобнаженную красавицу под собой. Такая сладкая и беззащитная, невозможно налюбоваться. – Невинность девушки остается нетронутой… – его пальцы скользнули вновь избавлять ее от одежды. – Но после обучение наложница становится… как же это правильно сказать, по-вашему… – он задумался, а заодно накрыл рукой холмик ее груди, немного подразнил пальцам чувствительные вершинки, пока еще скрытые одеждой. – Пожалуй ближе всего будет – жрица любви.
Аленушка фыркнула.
– Так у нас кличут распутниц!
– Тогда я верно выразился, – кивнул Мехмед, – наложница знает, как доставить удовольствие мужчине и как в процессе получить его самой, – мужчина наклонился довольно низко, чтобы чувствовать ее дыхание и видеть взор. – До Шамаханского царства плыть неделю и все это время я буду тебя учить покорности и тому, как доставить мужчине удовольствие.
Ох, какой яростью полыхнули ее глаза, все утренние страдания Мехмеда мигом окупились, а возможность наконец ласкать ее и целовать возносила на седьмое небо от счастья.
Аленушка же с удвоенной силой попыталась вырваться из капкана его рук, да только кто же ей теперь позволит? Мехмед поймал сладкие уста и жадно смял их поцелуем, безжалостно вторгаясь на ее территорию и подавляя жаркое сопротивление. Она дрожала, извивалась под ним, но это лишь сильнее разжигало пламя в груди похитителя.
Да, за семь дней он сделает ее послушной и услужливой, как и полагается женщине.
– Расслабься наконец и доверься моим рукам! – выдохнул он ей в губы, позволив отдышаться всего пару секунд.
– Ни за что! – упрямо буркнула она.
