Сашка пожала плечами. Вот не надо было так быстро прощать Пашку. Надо было, чтобы он переживал, скучал по ней. Только у Лебедева никак скучать не получалось. То с одной в ЗАГС прется, то с другой…
Саша уже хотела было твердо ответить «На кой черт ты мне сдался, бабник!», как «бабник» заботливо поправил ей шарф, ухватил под руку и повел на выход. Ну, вот как с ним бороться?!
Машка проводила их до калитки:
— Давайте, шагайте. А я с Мишкой уже в кровать. Сегодня всем досталось.
Саша и Павел шли по темной аллее, как когда-то в лучшее время их отношений. Правда, сейчас за плечами был уже развод, какая — то там Владлена, и даже Ассирия…
— Ты думаешь о том же, что и я? — негромко спросил Павел.
— Конечно, — грустно кивнула Саша. — Из головы не выходит, кому надо было убивать твою возлюбленную и почему ты не смог убрать мясо в холодильник. Егоровна чуть кони не откинула. Вот ее бы смерть Машка точно не пережила.
— Когда бы я успел? Мы же хотели все вместе шашлыки пожарить… Я не думал, что все… так выйдет. Нет, что-то я ожидал, но не такое кардинальное. Я просто думал, что Машка ей, как обычно, наговорит про меня всякую бяку, ты сестру поддержишь, потом пожалеете барышню, и та меня бросит. Но… Видимо, план «А» у вас не прокатил.
— А это и был план «А»? Хотя… да, наверное. Ага… и у нас сам собой образовался план «Б».
Они быстро дошли до дома, но Павлу, как видно, уходить не слишком хотелось.
— Пойдем, с собаками погуляем, — мечтательно поговорило он, поглядывая куда-то на небо.
И снова Сашка хотела сказать твердое «Какого черта?!», но Лебедев уже заходил в дом и надевал на собак ошейники для прогулки.
Саша вывела на поводке Тишку и Платона. Платона взял Павел — пес не так идеально, как Тишка ходил на поводке.
Они шли по алее, которая пролегала вдоль улиц. Тишка что — то вынюхивал, а Платон просто шел, гордо задирая голову — ему обязательно надо было, чтобы кто-то видел, как он гуляет со своими хозяевами.
Но видеть было некому. Где-то далеко, еле слышно, раздавались одинокие чужие голоса, где-то лаяли собаки, а здесь было тихо.
— Красота, — вздохнул Павел.
— Это да… Кстати, а как ты познакомился с Асс… Люсей? — спросила Саша.
Бывший немного помялся, потом разоткровенничался.
— А мы с мужиками как-то пошли в бильярдный клуб, ну знаешь, «Черный квадрат»? Вот, туда. Ну и они пришли с подружкой. Как-то … познакомились.
— А она хорошо играла в бильярд? Нет? А чего она тогда в бильярдном клубе забыла?
— Саш, ну если мужчина акушер в роддоме работает, это ж не значит, что он должен уметь рожать.
— Резонно… Мне надо будет тоже туда завтра зайти… — потерла замерзающие руки Сашка.
— Зачем? — всерьез удивился Павел.
— Так поговорить! Может, у кого-то с Ассирией отношения были?
Лебедев заметил, что у Сашки замерзли руки и как-то просто, обыденно взял ее ладошки в свои руки стал греть.
— У меня были, — напомнил Павел, не обращая внимания на руки, — И потом… Саш, ну кто тебе что скажет? Кому это надо? А ты… ты даже не представитель наших доблестных органов.
— Так я бы … вроде бы случайно, между делом, так все и узнаю.
— Сань, а между каким делом? Играть-то ты не умеешь.
Давно надо было выдернуть свои руки из его лап, но Павел так просто грел Сашкины ладошки, будто бы врач осмотр делал. Выдернешь руку, он посмотрит на тебя, как на сумасшедшую — ты чего там себе возомнила?
— Играть не умею… Сам же говорил, что… что рожать не обязательно!
— Это да, но надо хоть что-то уметь. Ассирия вот не умела играть, зато она умела … как бы это… завлекать мужчин. Ты тоже будешь мужиков завлекать?
Сашка даже обиделась. Ну это уже ни в какие ворота! Он вообще решил, что Санька теперь уже ни на одного мужика не сможет оказать … этого… очарования… или как сказать-то?
— Знаешь, не хуже твоей Люськи сумею. Между прочим, сначала ты, если забыл, меня в ЗАГС повел, а только потом … потом только подумал — вести Люську или нет.
Сашка резко выдернула руки. Павел с сомнением покачал головой:
— Са-а-аш, чего ты опять начинаешь? И потом… Мы же решили — сначала надо похоронить, а там посмотрим. Значит, сначала вы с Машкой наделаете фото на кладбище, а потом будем решать проблемы по мере их поступления. Идет?
Саша вздохнула — на самом деле, сначала надо одно дело сделать, а уж потом…
— Так ты завтра давай, начинай действовать, — напомнила она ему.
Павел качнул головой, потом деловито напялил на руки Сашки свои здоровенные кожаные перчатки.
Утром Машка не успела открыть глаз, а Мишка уже разрывался от звонкого лая. Марья подскочила к окну — возле калитки стояла уже знакомая машина, а рядом с дверцей ходил новый знакомый. Это вчерашний ветеринар привез толстуху Егоровну домой, ну какой душка!
— Ага… Андрей, — улыбнулась Машка, хотела было помахать рукой из окна, но посмотрела на себя в зеркало, ойкнула и понеслась в ванную.
Через двадцать минут она уже открывала гостю калитку, свежая и ароматная, как новая жвачка.
— Ой… а я думаю, кто это …а это вы… Андрей Андрее…
— … Николаевич, — любезно подсказал мужчина. — Но лучше, просто Андрей. Как вы?
