Парень выходит на ринг. Судя по хлопкам и свисту, у него здесь огромная армия поклонников.
Ведущий продолжает расхваливать Назара, но я уже не слушаю.
Парень широко улыбается. Поднимает руки вверх, приветствует своих поклонников. Он в отличном настроении, полностью уверен в себе. Меня напрягает, что Назар совсем не сомневается в победе. Стоит ему шевельнуться, как рев вокруг нарастает.
Его фанаты просто чокнутые. Хочется зажать уши ладонями, только бы не слышать их вопли.
— Нормальная практика, — раздается над ухом голос Суворова. — Каждый раз такое. А вообще, и похлеще бывает.
Назар занимает место в отведенной ему части ринга. Софиты чуть блекнут. Шум затихает.
Ведущий хочет продолжить, подносит микрофон ко рту, но тут на ринг умудряется пролезть рыжая девчонка. Она визжит и бросается на шею Назару.
— Фанатка, — небрежно бросает Суворов.
Интересно. Значит, и у Макса такие есть?
Охрана хочет увести девушку, но Назар делает им жест не спешить. Он о чем-то говорит с девушкой, а через пару секунд откуда-то возникает маркер. Парень расписывается на голом животе своей фанатки, шепчет ей что-то на ухо.
Рыжая девчонка вся сияет. Назар засовывает маркер в ее микро-топик, и после девчонка сама спрыгивает вниз с возвышения.
— Это тоже, — прочищаю горло. — Нормальная практика?
Суворов не торопится пояснять.
Отлично. Я думала, это такой спорт. Жесткий. Без правил. А они тут с девчонками знакомятся.
Правда, уже в следующую секунду все мысли выветриваются из головы.
— Бешеный! — орет ведущий.
И я понимаю, что армия поддержки у Макса не меньше, чем у Назара. Уши закладывает от воплей.
Я не могу различить ни единой фразы ведущего. Либо от накрывшего меня волнения, либо от того, что вокруг и правда становится до жути громко.
Макс. Угрюмый. Угрожающий. Мрачный. Он идет к рингу, ни на кого не обращая внимания. Четко к цели. Холодный и спокойный.
Мое сердце судорожно сжимается. Дает перебой. А потом бьется еще сильнее. Толчки крови ударяют по вискам, обжигают затылок. Сжимаю и разжимаю кулаки, чтобы хоть немного унять дрожь в теле.
Я смотрю на Макса и кажется, будто мира вокруг нет. Только я и он. Больше никого. Как недавно, когда мы танцевали медленный танец. Мы вдвоем. Рядом. Остальных просто не существует.
Парень выходит на ринг. Короткий кивок головы вызывает очередной взрыв хлопков и воплей, свист не прекращается ни на секунду.
Толпа дуреет.
Я не пытаюсь разобрать, что именно кричат люди. Атмосфера абсолютно дикая. Несколько мужчин в зале начинают драться. Охрана их быстро разнимает, выводит прочь. Потом похожая стычка происходит в другой стороне.
Все на взводе.
Я стискиваю ремешок своей сумки так сильно, что пальцы ноют от напряжения. Вроде и нельзя постоянно смотреть на Макса. Вдруг заметит? Но и глаз от него отвести не могу. Меня так и тянет подойти ближе.
Глупо, конечно. Я знаю. Не нужно отвлекать парня. Я не хочу ему мешать. Понимаю, Макс должен полностью сосредоточиться на борьбе с Назаром.
Хотя в таком освещении он меня точно не разглядит. Он вообще в зал и не смотрит, разминает кулаки.
Софиты горят так ярко, что слепят.
На ринге Макс выглядит еще выше и крупнее. Такое впечатление, точно он полностью заполняет пространство. Сейчас из одежды на нем только черные шорты. Мускулы парня напряжены, кажется, будто под смуглой кожей металл. Он как из железа.
Но мои пальцы помнят тепло. Ладони горят так, словно я провожу ими по массивной груди, по широкой спине, повторяю контуры рельефных мышц.
Вены на шее вздуваются. Разбухают. Челюсти крепко стиснуты. На волю рвется звериная натура. Животная ярость пробуждается.
Макс поворачивается лицом к толпе. Движения у него резкие, порывистые. Его мускулы сокращаются и пульсируют. Похоже, он уже рвется в бой. Будто провод оголен. Достаточно сигнала — искры полетят. От Макса исходит мощь и сила.
У Назара нет шансов.
Надеюсь.
Парни обмениваются короткими фразами, но их слова нереально разобрать в стоящем вокруг гуле. Они встают друг напротив друга. Оба
Ведущий объявляет:
— Раунд!
И едва успевает отойти назад. Назар и Макс тут же сходятся в поединке. Тяжело понять, кто бьет первым. Они действуют практически одновременно. Слишком уж долго ждали этой схватки.
Удары следуют с такой скоростью, что я почти ничего не могу различить. Кто бьет? Куда именно? Кто отражает удар? Кто ведет поединок?
Я судорожно втягиваю воздух. Даже не моргаю, не хочу ничего пропустить.
Толпа затихает. Если сперва слышатся замечания и возгласы, то после все очень быстро замолкают.
Происходящее трудно сравнить с тем боем, который я видела в прошлый раз. Та схватка выглядит просто развлечением. Игрой.
А здесь… я вздрагиваю. Снова и снова. Каждый удар ощущается слишком близко, сильно, болезненно. Жутко. Жестоко.
Для сторонних наблюдателей это красивое зрелище. Эффектное. Они забавляются, делают ставки. А мне — будто по живому. Тяжело это видеть.
Я понимаю, почему Макс не хотел, чтобы я была здесь. И еще я понимаю, что ничего не смыслю в этих проклятых боях без правил.
Назар ничем не уступает. Парни на равных.
