Девочка и дельфин полностью

_{^{Рисунки Ю. Клыкова}}

Это рассказ о жизни дельфина.

Все началось прекрасным летним днем — потому что всякое рождение прекрасно, а дельфиненок появился на свет именно летом в полдень.

Мать подтолкнула его носом — малыш всплыл и очутился в верхнем, самом теплом слое воды. Как только его голова показалась на поверхности, он судорожно глотнул воздуха, и в тот же миг с глаз его упала пелена, застилавшая мир, плавники обрели упругость, и он издал робкий свист. Хвост его шевельнулся, тельце выгнулось, он ударил хвостом воду и почувствовал, как прохладные струи легко и щекотно текут вдоль боков.

Его мать — дельфиниха Русалка — плыла рядом и смотрела, как борется с водой сын. Вода выталкивала его наружу, новорождённый пытался сделать вдох — она накрыла его с головой. Кончилось тем, что волна перевернула дельфиненка.

— Не торопись, Малыш! — сказала мать.

Так дельфиненок узнал свое имя.

В первый же день он понял, что плавать — это большое умение. Он узнал, что если пристроиться чуть выше матери и чуть позади ее спинного плавника, вода сама потащит вперед. Это удивительно: мать несется, пронзая добрым голубым телом прозрачные глыбы воды, а ты, едва изменяя положение плавников, мчишься рядом, подобно пенному гребню, увлекаемому волной.

Но мать все время помнила — Малыш должен учиться плавать сам. Проплыв немного, она останавливалась, и тогда дельфиненок летел через голову, растопырив плавники и трепеща хвостом.

Вскоре после рождения сына Русалка вернулась в стаю.

Они стали жить, кочуя по морю и охотясь за серебристой кефалью и зеленоватой скумбрией.

Большой старый дельфин, по прозвищу Пятнистый, вел стаю в ее странствиях по миру.

Мир для дельфинов — это вода, а над ней — небо. Всегда одинаковая упругая зеленоватая вода и переменчивое, то синее, заполненное белыми и лиловыми облаками, то свободное от них небо. Когда небо было чистым, за стаей теплым блестящим глазом следило солнце, и Малышу в такие минуты хотелось радостно кувыркаться.

Мир был прост и понятен.

Впрочем, как-то, когда стая охотилась, путь ей пересекло странное сооружение. Оно шло по морю, мерно стуча, и по нему сновали какие-то двуногие существа.

— Это пароход, а на нем — смотри внимательно — люди! — сказала Русалка и, хотя некоторые дельфины бросились навстречу судну, отвела Малыша в сторону.

Оттуда они следили, как мчатся, выпрыгивая из воды перед самым носом парохода, уверенные в своей ловкости дельфины и как беснуется за кормой парохода желтая пена.

В другой раз, выставив из воды голову, Малыш увидел на горизонте странные облака. Они были зелеными снизу, синими сверху. Самые высокие венчали белые шапки, и сколько ни смотрел на них Малыш, эти облака не двигались.

— Почему они стоят на месте? — удивился он.

— Это горы. Там около них, на берегу, и живут люди, — объяснила мать.

В тот день она учила Малыша охотиться.

— Хорошая рыба всегда быстрая! — говорила она. — С ней зевать нельзя. Делай, как я! — и она, издав свист, бросалась вперед.

Постепенно Малыш научился издавать такой же свист и, так же плывя, покачивать головой, слушая, откуда придет эхо. Вот он свистит. Справа, рассыпаясь, как льдинки, доносятся ответные свистки. Он мчится вдогонку свисту, эхо все чаще, и наконец из голубоватой дымки показываются удирающие кефали. Еще усилие — и Малыш, первый раз в жизни, хватает зубами сверкающую рыбину.

В Черном море нет ни хищных акул, ни косаток.

— Остерегайся сетей! Люди ловят ими рыбу, — говорила мать. — Тонкая сеть прозрачна и не отражает звука.

И беда пришла.

Как-то дельфины, увлеченные погоней за косяком рыб, очутились около самого берега. Вожак пытался повернуть стаю назад в море, но привлеченные близостью добычи молодые дельфины продолжали нестись вперед.

Пятнистый был опытный зверь. Его челюсти и морду покрывали белые шрамы — следы укусов и ран. Говорили, что когда-то не было в стае второго такого задиры и охотника.

Стая плыла вдоль берега, и Малыш с удивлением разглядывал горные склоны, поросшие деревьями, и белые, как облака, дома, и людей, которые двигались между домами.

Он не заметил, как отделился от стаи. И неожиданно почувствовал, что нос его уперся в какую-то преграду. Зеленые нити разделили воду перед глазами на ровные квадраты. Это была сеть, которой ловят кефаль. Нити не пускали вперед. Он рванулся назад — сеть последовала за ним. Попробовал всплыть — никак.

Малыш испугался. Он никогда не задумывался над тем, как долго может обойтись без воздуха. Он издал резкий тревожный свист. Несколько пузырьков воздуха выскочило из дыхальца, он забился — сеть обернулась вокруг хвоста. Малыш пискнул, в легкие вошло что-то сверлящее, острое — он задыхался… И вдруг из лиловой мглы к нему приблизилось черно-белое чудовище. Сеть начала опускаться, освобождая проход. Малыш бросился наверх — в глаза ударило солнце, — он глотнул обжигающего воздуха и потерял сознание.

Очнулся он оттого, что кто-то осторожно подталкивал его снизу. Малыш открыл глаза и увидел Пятнистого. Огромный дельфин терпеливо ждал.