Но в следующий миг она уже замолчала. Впереди Элен увидела картину, заставившую её тут же позабыть о своих недавних душевных терзаниях по поводу собственной участи. Там, на симпатичной ровной полянке, двое мужчин, на глазах у некоторого числа зрителей, изо всех сил лупили палками лежавшего на земле туру. Сердце девочки забилось сильнее, возбуждаемое состраданием и гневом.
66.
Кория спокойно вышла в центр площадки и села на стул. Судья внимательно рассматривал молодую женщину. Пожалуй, заключил он, она не просто симпатична, а даже красива. Прямые черные волосы, большие темные глаза, пухлые губы, соблазнительные родинки на обеих щеках, вот только нос выглядел по-деревенски простецким, такой широкий приплюснутый бугорок. Кория изо всех сил удерживала гордую осанку и глядела судье прямо в глаза, холодно и невозмутимо.
«Интересно», спросил себя Мастон Лург, «понимает ли она, что сейчас её жизнь и смерть полностью в моих руках?» И он без всякого стыда признался себе, что это определенно его возбуждает. Не сексуально, просто душу приятно согревало щекочущее ощущение собственного могущества. Он попросил её назваться, сообщить возраст, место рождения и род занятий. К его некоторому удивлению она была родом из Туила, родилась там 31 год назад и в возрасте пяти лет вместе с родителями переехала в Фанчстер, город немного восточнее столицы королевства. Считалось, что в Фанчстере проживают в основном весьма состоятельные люди. Её отец был купцом и дочь пошла по его стопам.
– Ну что ж, госпожа Кория, я думаю, вы понимаете, что мне придется вам задать достаточно непростые и в какой-то степени щекотливые вопросы, – вполне дружелюбно произнес Мастон Лург. Затем более грозным тоном добавил: – Еще раз хочу напомнить вам и всем здесь присутствующим о наказуемости лжесвидетельства, а также о вашем праве не свидетельствовать против себя. Также у вас есть право отказаться отвечать на любой из моих вопросов, но конечно это будет занесено в протокол и учтено мной. Я сделаю соответствующие выводы. Напоминаю, что во время королевского правосудия я могу приказать взять под стражу любого из здесь присутствующих для дальнейшего разбирательства. И любое неподчинение подобным моим распоряжением будет классифицироваться как преступление против Короны. – Лург замолчал и поглядел на женщину.
– Я всё понимаю, господин инрэ, и готова содействовать правосудию насколько это в моих силах, – очень спокойно и с достоинством ответила Кория.
– Отлично, – заключил судья. – Итак, вы знакомы с господином Радвигом? Если да, то как длительно и насколько близко.
– Да, знакомы. Около трех месяцев. И думаю что достаточно близко. Можно сказать, что мы увлечены друг другом, – ответила молодая женщина.
– То есть вы испытываете друг к другу чувства? – Уточнил Мастон Лург. Вопрос, как только он его озвучил, показался ему сентиментально-глупым.
Кория едва заметно пожала плечами:
– Видимо да.
«Итак», прикинул судья, «у нас наивный двадцатитрехлетний юнец и прожженная бывалая дама тридцати одного года отроду. Они познакомились три месяца назад и теперь испытывают друг к другу некие чувства. При этом юнец богат, а дама торговка и значит склонна к наживе. Что ж, вполне подходят друг к другу. Но счастью влюбленных каким-то образом мешает Ливар и он погибает. Тоже логично. Значит весь вопрос кто из этих двоих воткнул в него кинжал?» Дело вроде бы прояснялось и у судьи улучшилось настроение в предвкушении скорого расставания с караваном.
– Вы были знакомы с господином Ливаров? Если да, то как долго и насколько близко? – Задал Мастон Лург ключевой, как ему казалось, вопрос. Конечно, женщина могла сказать, что она знать не знает никакого Ливара, а Марана просто лжец. Но тогда, по крайней мере, будет ясно, что один из них точно лжет и нужно будет только определить кто именно. За свою долгую судейскую карьеру Мастону Лургу не раз приходилось загонять в ловушку клеветников и обманщиков с помощью хитроумной игры в вопросы и ответы, а также при посредстве прямых угроз и задушевных бесед. Ни этот придурковатый Марана, ни эта черная вдова не казались ему твердым орешком и он был уверен, что в приватной беседе быстро выяснит кто из них лжет. И снова ему пришло на ум, что можно вообще не тратить время на эти глупые игры, а просто попросить помощи у Элен. И снова судья выкинул это из головы, напомнив себе, что девочка видит в нем лишь врага и он только всё усложнит, если станет пытаться подключить её к этому делу.
– Да, мы были знакомы, – по-прежнему без всяких эмоций ответила Кория. – Познакомились достаточно давно, почти десять лет назад. Ливар был близким приятелем моего первого мужа, господина Формозы.
Женщина замолчала. Судья вопросительно глядел на неё, ожидая продолжения. Но не дождался.
– И насколько близки вы были с господином Ливаром? – Напомнил он свой вопрос.
Кория пожала плечами:
– Просто знакомые.
– Позволю себе спросить более прямо. За эти почти десять лет случалось ли так, что вы вступали с господином Ливаром в интимную связь?
Женщина усмехнулась:
