Элен тоже взглянула на пса с некоторым удивлением. Никогда раньше он не позволял себе подобных высказываний. И девочка решила, что её вчерашний поступок пронял даже всегда невозмутимого робота. Она ощутила легкое раскаянье за совершенное, но, впрочем, совсем легкое.
Элен наклонилась к Талгаро и принялась помогать ему подняться на ноги.
— Не бойся, Тал, на самом деле он очень добрый. Ты уж прости, но его сделали наши мастера, вернее его тело, а потом наши волшебники оживили его. Так что он не механизм, он живой и его зовут Кит.
Талгаро медленно приходил в себя. Он долго переводил взгляд с девочки на пса и обратно.
— Волшебники… Это невероятно, — пробормотал он. — Ваши мастера великие кудесники. — Лоя отвернулся от девочки и подошел к собаке. — Я приношу свои искренние извинения, уважаемый господин Кит, за свои бестактные и необдуманные речи, произнесенные мною лишь по причине моего глубочайшего невежества.
Пес улыбнулся и Талгаро вздрогнул при виде этой улыбки.
— Успокойся, все нормально, — сказал пес. — Называй меня просто Кит, а я буду называть тебя Тал, договорились?
— Конечно, — ответил Лоя. Затем, посмотрев сначала на Элен, потом на её необычного пса, сказал: — Все это очень удивительно. Позволено ли мне узнать из какой вы страны?
— Мы…, — Элен споткнулась, — из Макоры.
Она честно назвала имя своей родной планеты.
— Никогда не слышал о такой стране, где она находится?
Припомнив очертания континента и больших островов этого мира, Элен нехотя ответила:
— Далеко, на северных островах, на севере-востоке отсюда.
— Это будет замечательная история, — заметил Талгаро, — я поражу своих соплеменников.
— Ты же вроде говорил, что ты изгнан, — сказал Кит.
Девочка посмотрела на него и сделала большие глаза, намекая ему чтобы он прикусил язык.
— Изгнан, — согласился Лоя, — но не навсегда. Я должен обойти наш мир по кругу, собирая письма прощения у своих сородичей и затем вернуться домой и трое суток рассказывать о своем пути. После этого я возможно буду прощен и клеймо изгнанника и преступника будет снято с меня.
— Обойти мир по кругу? Ты имеешь в виду совершить кругосветное путешествие? — Уточнила Элен.
— Да, и я уже близок к концу. Больше чем три четверти моего пути уже позади.
— А какое преступление ты совершил? — Поинтересовался девочка.
И уже пёс осадил её:
— Мисс Элен!
— О, ничего страшного, Кит, мне горько сознавать, что я совершил это и больно об этом говорить, но я должен это делать, ибо это часть моего покаянного пути. — Опустив глаза, Талгаро тихо признался: — Я использовал свой голос неподобающим образом.
— Это как? — Живо спросила Элен. — Грязно сквернословил?
— Ну что ты, — воскликнул лоя, — конечно же нет. Я расточал силу моего голоса там, где не следует. Хотя в тот момент мне и казалось, что я поступаю правильно. Но мне объяснили, как я был не прав.
Девочка и пёс быстро переглянулись. "Оставьте эту тему, мисс Элен", посоветовал Кит по радиосвязи.
— Знаешь, Тал, если тебе по пути с нами, то я буду рада, если ты присоединишься к нам.
— А куда вы идете?
— Ну пока к ближайшему городу.
— В Туил?
— Да, — уверенно сказала девочка, впервые услышав это название.
— Тогда нам по пути. Прости, это конечно не мое дело, но эта черная полоса на твоей голове — это что, знак скорби по умершему родственнику?
Девочка не сразу поняла, что маленький лоя имеет в виду очки, которые она задрала себе на макушку, когда вошла в лес.
— Ну что ты, — улыбнулась Элен. — Это просто очки против яркого дневного света. — И спохватившись, пояснила: — Ну, понимаешь, такие маленькие темные стеклышки в оправе, чтобы защитить глаза.
— Я знаю, что такое очки от света, — с достоинством проговорил Талгаро. — Мы много времени проводим в кузнях, при ярком огне и тоже используем светозащитные стекла. Но я никогда ни видел столь замысловатой формы у очков, да и вообще, я раньше кажется не видел их у Омо.
Элен опустила очки на глаза.
— Ну и как я выгляжу? — Весело поинтересовалась она.
Талгаро внимательно посмотрел на неё и после некоторого раздумья сообщил:
— Отчужденно.
Элен хмыкнула.
После этого они отправились в путь: Кит впереди, Элен и Талгаро за ним.
Не в силах более сдерживать своё любопытство, девочка спросила у лоя:
— А почему ты принял меня за свою королеву?
Было очевидно, что по росту она подходит в самый раз, но всё же ведь я землянин, говорила она себе, как можно спутать меня с кем-то из лоя. А где-то в самой глубине души, немного смущаясь своего самодовольства, она подумала о том, что может быть в ней есть нечто королевское, нечто такое универсально-величественное, что сразу бросается в глаза. Но Талгаро быстро поставил её на место, неохотно сказав:
— Разве ты не знаешь, что Сандара способна принять любой облик, в том числе и обычного ребенка из народа Омо.
— Вот как, — чуть расстроено произнес "обычный ребенок", — а как же она выглядит на самом деле?
Талгаро совершенно по-человечески пожал узкими плечами:
