Девочка подняла на него глаза, но отвечать не спешила. Раздражение, кипевшее внутри нее, искало себе выход. Она медленно вздохнула и задержала дыхание. Конечно же этот мальчишка был совершенно здесь ни при чем и язвить и отпускать колкости в его адрес было бы просто … Она не могла найти подходящее слово. Неподобающе, подло, невоспитанно? Не важно. Разум подскажет чего следует избегать, а сердце подскажет как следует поступить, всплыло у нее в памяти сказанное мистером Таругу. Сейчас и разум и сердце подсказывали ей что к этому человеку надо относиться как к товарищу по несчастью, а не как к сыну злобного, подлого, вероломного трактирщика, совершенно не оценившего талант юной актрисы.
— За желание свободы, — несколько туманно ответила Элен.
Мелиг поразмышлял над ее ответом.
— Ты пыталась убежать?
— В некотором роде, — сказала девочка и чтобы переменить тему, быстро спросила сама: — А тебя за что?
— Отец услышал как я в огороде пел частушки про Герцога, — с гордостью ответил мальчик. — Ну и дал мне по шее и посадил сюда до вечера.
— Про какого герцога?
Мелиг с удивлением поглядел на свою собеседницу.
— Про брильянтового, про какого же еще, — негромко сказал он.
— Кто это «брильянтовый герцог»?
Теперь уже мальчик смотрел на нее с подозрением.
— Это что какие-то судейские штучки?
Непонимание, отразившееся на лице девочки, было искренним.
— Что значит «судейские»?
— Ну не знаю… Может у вас учат прикидываться дурочкой чтобы выведывать секреты или … или …, — мальчик замолчал, не в силах выразить свое смутное подозрение до конца.
— У кого это у нас? — Спросила Элен и в ее голосе снова потянуло холодком.
— В семьях судей.
Недавнее раздражение, которое все никак не могло оставить ее в покое, тут же начало подбивать девочку поиздеваться над глупым мальчишкой, рассказав ему пугающую историю про семью судьи, где детей учат пытать и вести допросы. Но Элен не поддалась. Довольно спокойно она произнесла:
— Я действительно не знаю кто такой “брильянтовый герцог”. Я родом из очень далекой страны и про вашу почти ничего не знаю.
— Как же так, если ты племянница королевского судьи?
— Ну вот так. Сестра моего дяди, моя мама, вышла замуж за человека из другой страны и он увез ее к себе.
— Ты из Сайтоны?
— Нет, еще дальше.
— Куда же еще дальше?
— Моя страна вообще не на этом материке, это большой остров далеко на северо-западе.
— Материке? — Повторил Мелиг незнакомое слово. — Это что?
— Ну планета, материки, океаны знаешь?
Мальчик растерянно покачал головой.
— Не важно. В общем я из очень далекой страны.
— А как она называется?
— Макора.
— И у вас там нет герцогов?
— Брильянтовых нет, — улыбнулась девочка и мальчик тут же улыбнулся в ответ.
— Брильянтовым его называют потому что он очень-очень любит драгоценные камни, всякие там алмазы, рубины, — объяснил он. — А вообще он глава Судебной палаты, самый главный судья королевства.
— А-а, да я слышала о нем от дяди, — произнесла Элен, внезапно искренне заинтересовавшись разговором. — Верховный претор, да?
— Да, герцог Этенгорский. Говорят что он так любит камни, что прямо становится сумасшедшим когда видит какой-нибудь красивый брильянт. И что, мол, даже вельможи и богачи стараются не носить особенно красивые камни в его присутствии. Потому что он тут же захочет камень себе и хозяину придется его отдать, так или иначе. — Мелиг сделал паузу и с каким-то запоздалым раскаяньем добавил: — Только об этом запрещено говорить вслух.
— Можешь не беспокоиться. Я ничего никому не скажу. А что ты еще о нем знаешь?
— О герцоге?
— Да.
— Ну, он самый богатый и могущественный человек королевства.
— Неужели самый? — Девочка насмешливо посмотрела на собеседника. — А как же король?
— Нет, конечно, кроме Его Величества, — испуганно проговорил мальчик.
— Ну а что он за человек?
— Как это?
— Ну добрый или злой, умный или глупый?
— Я не знаю, — растерянно пробормотал Мелиг. — Все боятся его.
— Так боятся, что поют про него частушки? — Улыбнулась Элен.
Ее улыбка творила чудеса с сыном трактирщика. Мальчик тут же забывал свои страхи и опасения.
— Да в народе их очень любят. Хотя это государственное преступлением, — тон Мелига стал почти заговорщическим. — За это можно попасть в Дом Ронга.
Однако девочка явно не была напугана.
— Здорово, — сказала она. — А ты можешь мне спеть их?
Мальчик подался немного назад, как бы отстраняясь от своей собеседницы. Сейчас он взирал на нее с недоверием.
— Откуда мне знать…, — начал он.
Но Элен тут же перебила его.
— Не хочешь не пой, — пожав плечами, равнодушно сказала она. И добавила сакраментальное: — Если боишься.
Мелиг спрыгнул на пол и встал перед сидящей на диване Элен.
— Я не боюсь, — сказал он, глядя на нее сверху вниз. — Я с шести лет везде хожу с ножом и даже когда сенвикс был на таком же расстоянии от меня как и ты сейчас, я не боялся.
