— Я думаю, по большому счету мне безразлично. Однако мы все живем в обществе, в котором приняты определенные нормы поведения. И нарушение этих норм вряд ли можно счесть привлекательным.
Талгаро пододвинул из кучи дров небольшое бревнышко и сел на него. Откинув свою конусовидную шляпу за спину, он посмотрел на Марата, как бы приглашая того к беседе.
— Нормы нормам рознь, — ответил тот. — В отношении наготы это по большой части просто ханжество.
— А я считаю, что интимный мир человека должен оставаться скрытым от остальных.
— Я с этим согласен, господин Талгаро. Но интимный мир человека находится в глубине его души, а не в его половых органах.
— Клянусь грудями синеокой Брунгильды, половые органы играют в этом определённую роль, — воскликнул лоя.
— Играют, — согласился Марат. — Кстати, упомянутая вами Брунгильда по преданию ездила обнаженной на своей кобыле прикрываясь только своими роскошными длинными волосами.
— Возможно. Но вы не Брунгильда.
— Простите, господин Талгаро, но я все же склонен думать, что ваша неприязнь вызвана не отвращением к виду голого тела как такового, а самим фактом того что кто-то позволяет себе так вести себя.
Кит оглянулся через плечо.
— Кто-то идет, — сказал он.
— Это наверно за мной, засиделся я тут у вас, — с улыбкой произнес Марат. — Мне было очень приятно беседовать со всеми вами.
Из темноты возникла молодая женщина. Из одежды на ней была только короткая юбка. Она робко приблизилась и встала за спиной Марата.
— Приветствую вас, добрые люди, — тихо сказала она.
Лоя поднялся с бревнышка, поклонился и церемонно произнес:
— Да продлятся ваши годы на века, госпожа.
— Привет, — сказала Минлу.
— Здравствуйте, — сказал Кит, повернув голову и посмотрев на гостью.
Женщина застыла, неотрывно глядя на металлического пса.
— Это Анни, — представил Марат свою спутницу. — Анни, это Минлу, господин Талгаро и Кит.
Молодая женщина, чуть улыбаясь, посмотрела на каждого и снова ее взор остановился на металлической собаке. Она приблизилась к голове пса и опустилась на колени. Протянув руку, она спросила с каким-то затаенным волнением:
— Можно?
— Что? — Не понял Кит.
— Прикоснуться к вам, — со смущенной улыбкой произнесла молодая женщина. — На удачу.
— Конечно, — ответил пес. — Но почему вы решили что я приношу удачу?
Анни протянула ладонь к его правому плечу и медленно провела пальцами по гладкой металлической поверхности. Потом осторожно дотронулась до его щеки. Женщина была погружена в какие-то свои мысли и отвечать казалось не собиралась.
— Вы такой теплый, — тихо проговорила она.
Минлу и Талгаро внимательно наблюдали за женщиной и думали в общем-то об одном. Спутница Марата приняла факт существования живой металлической собаки сразу и без колебаний, не пытаясь искать каких-то возможных объяснений этого феномена. У ней не возникло ни одной мыли о том что это механизм лоя, чревовещание или что-то еще. Она видела в собаке равное разумное существо. Это немного обескураживало их, ибо сами они отнеслись к Киту при первой встречи иначе.
А Минлу даже ощутила легкую тень некого раздражения, наблюдая как эта полногрудая девица по-свойски ведет себя с Китом.
— Конечно же вы приносите удачу, — улыбнулась Анни. — Если боги создают такое удивительное создание, как вы, господин Кит, то несомненно они создают его для удивительной судьбы, и раз уж они вложили столько труда в вас, то они несомненно любят вас. А любимчики богов всегда приносят удачу.
Металлический пес неотрывно глядел на молодую женщину и мысли его пребывали в некоторой растерянности. Он не мог найти слов для ответа. Он вдруг понял, что возможно впервые в его жизни к нему относятся как к равному. То есть конечно и дед Элен, его создатель, и ее отец, и сама девочка всегда относились к нему как к равному, до какой-то степени, но всё же они знали, что он всего лишь робот, искусственная имитация живого, устройство, которое можно включать и выключать, программировать и перепрограммировать. А вот эта женщина абсолютно ничего из этого не знала и видела перед собой пусть совершенно невероятное, но тем не менее, человеческое существо, из другой плоти, другого телосложения, но и все-равно, человека. Это было странное ощущение.
Минлу как будто почувствовала что Кит в растерянности и постаралась прийти к нему на выручку.
— Простите нас, Марат, Анни, но нам пора бы уже ложиться, мы очень рано выезжаем, — сказала она, поднимаясь с седла.
Встав в полный рост, она приветливо улыбаясь поглядела на гостей.
— Конечно-конечно, — поспешно сказал Марат, тоже поднимаясь. Он прикоснулся к плечу молодой женщины. — Ступай, Анни, я сейчас приду.
Женщина, не отрывая взгляд от Кита, поднялась.
— Спасибо вам, — сказала она ему.
— Ну что вы, не за что, — ответил пес.
Попрощавшись со всеми, она удалилась. Марат медлил.
— Что-то еще? — Поинтересовалась Минлу, стоя возле огня и глядя в большие глаза голого мужчины.
— Да. Если позволите, я хотел бы задать один вопрос.
Кит встал, обошел костер и сел возле левой ноги девушки.
— Только если вы готовы услышать ответ, — с улыбкой сказал он.
