Оружейник был уже посвящен в детальный план своего отъезда из Аканурана. Ему предстояло покинуть город в большой винной бочке. Цыс сам все придумал, организовал и естественно сам же приводил свой план в исполнение, в конце концов за это ему и платили. Однако упоминание бочки в очередной раз вызвало в душе оружейника сомнение и тревогу.
— Руки и ноги наверное порядком затекут, — осторожно заметил он.
— Ну не без этого, — откликнулся Цыс, — но не волнуйся, бочка здоровенная, ты будешь лежать вполне по-человечески. На спине, согнув ноги в коленях. Довольно терпимо. Тем более, не до самой же развилки тебе так лежать. Отъедем от ворот, вылезешь. Все будет хорошо.
Молодой мужчина вроде бы успокоился.
— Мне бы только до Хассельгрофа добраться. Там меня уже эти подонки не достанут.
На это Цыс ничего не ответил. Он перестал вращать костяную заостренную с одного конца палочку и убрал ее внутрь жилета. Там имелись пришитые держатели, в виде широких петелек и узкие цилиндрические кармашки, в которые были вставлены деревянные колпачки. В один из таких колпачков, проведя через петли держателей, он и воткнул палочку. В добавлении к двум другим.
— Зола жадная тварь. Но это здесь, в Акануране, он всесилен, а за его стенами ему придется поумерить свою прыть, — сказал молодой мужчина, надеясь что сидящий на табурете человек подтвердит правоту его слов.
Цыс пожал широкими плечами и равнодушно проговорил:
— Да он и здесь не всесилен. Синие и желтые люди равны ему. Не говоря уже о красных.
Оружейник усмехнулся:
— Эта цветовая градация просто смехотворна. Детство у них что ли в одном месте свербит? Ну то что судейских называют красными еще понятно, их красно-черные одеяния вполне соответствуют их занятию, но всей этой преступной сволоте-то зачем нужно было это разделение по цветам непонятно.
— По-моему весьма практично. Говорят это пошло еще со времен портовых воин. Три главных городских банды дрались друг с другом целыми днями, а так как одеты все были в одинаковое рванье и союзники постоянно менялись, то чтобы хоть как-то определиться кого резать, они договорились носить разные цветные метки.
— Лучше бы они просто перерезали друг друга и все, — мрачно произнес оружейник.
— Это невозможно в принципе.
— Почему это? — Удивился молодой мужчина.
— Ну, как известно свято место пусто не бывает.
— Ты хочешь сказать, что всегда найдутся мрази желающие жить за чужой счет?
— Вроде того. Знаешь, как говорят, кто не сеет и не жнет, тот за здорово живет.
Оружейник улыбнулся.
— Нет не слыхал. Правда до меня доходили слухи, что работа дураков любит.
— До меня тоже, — усмехнулся Цыс.
Молодой мужчина прошелся по комнате.
— Но все же я думаю главная вина за весь это цветник лежит на верховном преторе и его подручных, — сказал он задумчиво. — Я просто диву даюсь, все эти судьи и их гвардейцы изображают такую бурную деятельность. Все время кого-то ловят, бесконечные процессы, облавы, допросы, проверки. У нас в гильдии недели не прошло, чтобы не заявился какой-нибудь очередной инспектор из Палаты. Список казненных на воротах Дома Ронга длиннее мантии Его Величества. Все стены в мертвецах. А где результат? Все эти сине-желто-зеленые ублюдки по-прежнему шляются по городу, насвистывают песенки, усмехаются и поплевывают на нас. Я ничего не понимаю. Видимо коррупция и взяточничество настолько разъели тесные ряды Судебной палаты, что теперь их действительно можно смело считать четвертой городской бандой, чей цвет красный.
— Я думаю ты хватил через край. Бриллиантовый герцог умен и хитер. И конечно же понимает, что самое лучшее что он может сделать в этом бардаке, это поддерживать баланс, сохранять равновесие между всеми силами, дабы не дать всему этому проклятому городу рухнуть в бездну. Кто-то из великих сказал, не помню как дословно, но смысл такой: задача человека не в том чтобы пытаться превратить окружающий мир в рай, а в том чтобы не дать ему превратиться в ад.
Оружейник пристально поглядел на сидящего на табурете человека, как будто видел его в первый раз.
— Значит шансов нет?
— Никаких, — с легкой улыбкой ответил Цыс. — Абсолютно никаких. Ты слыхал о Гроанбурге?
— Город разбойников?
— Да. Целый город головорезов, чуть ли не в центре королевства. Живет и здравствует. Разбойники спокойно грабят караваны и соседние деревни и города и нисколько не волнуются ни о красных, ни о зеленых, ни о чем вообще. Так про что еще говорить?
— Ну я слышал их всё же пытались истребить.
— Пытались. Аж два раза. И каждый раз гроанбуржцы были заранее предупреждены о походе королевской армии. Разбойники уходили в леса и горы и спокойно пережидали опасность. Солдаты приходили в опустевший Гроанбург, жили там около месяца, прочесывали окружающие леса и уходили ни с чем. Напоследок они сжигали деревянный город. Но разбойники восстанавливали его за два-три месяца, согнав туда толпы рабов и крестьян.
— А какой выход? — С интересом полюбопытствовал молодой мужчина.
