Бриоды перестали улыбаться и опять начали обмусоливать уже сказанное. Про камни, как доставить и как бросать; про стрелы, как лучников расставить и как стрелять, чтоб не ослепнуть; про огонь, про смолу; Мелис даже снова заикнулся об отце Бобе и молебне. Однако никакого воодушевления в речах говорящих не было, казалось никто всерьез не верит в то что всё это как-то подействует на зловещее металлическое создание. Ронберг выглядел хмурым. Неожиданно для всех Альче сказал:
— А что если просто поговорить с ним?
Все умолкли, удивленно уставившись на него.
— Как это поговорить? — Спросил Вархо.
Альче пожал плечами:
— Ну раз он говорящий, так почему бы не пойти и не поговорить с ним.
Бриоды продолжали ошарашенно глядеть на него.
— Да ты, молодой, спятил что ли?! — Изумленно и даже сердито воскликнул Вархо. — Да как с ним говорить? И о чем?
Альче явно было не по себе и возможно он уже пожалел что предложил это, но тем не менее упрямо продолжил:
— Собака по-человечески говорила с Головой, с Кушафом, с Жорой и значит она не животное.
— Да уж это-то и так ясней ясного, что не животное, — горячо произнёс Мелис. — Сказано же тебе дураку, что она демон, а то и сам дьявол, который какое хочешь обличье примет.
Альче насупился.
— А о чем ты будешь с ним говорить? — С любопытством спросил Эрим. — Душу хочешь продать? А взамен что попросишь?
Кушаф улыбнулся:
— Член наверно побольше.
Альче сердито поглядел на него.
— Тогда и Кушафу возьми, а то его бабы совсем не любят, — сказал Баногодо.
Бриоды развеселились. Но Ронберг прекратил веселье.
— Ржать потом будете. — Посмотрев на Альче, он спросил: — Что ты имеешь в виду?
— Ничего, — буркнул молодой человек.
— Давай, говори. Ломаются только девки, да сухие палки.
Альче нехотя сказал:
— Ну почему бы не попробовать поговорить с ним как с человеком? Узнать что ему нужно, кто он такой и можно ли как-то миром от него избавиться.
— Да ты…, — начал Кушаф, но Ронберг резким жестом прервал его и сделал Альче знак продолжать.
— Что если он не какой не демон, что если он просто другой. Вот если бы никто из нас никогда не видел авра и даже не слышал о существовании таких созданий. За кого бы мы тогда его приняли, если бы он вдруг очутился здесь на Расплатной площади? Тоже бы наверно решили что он исчадие ада. А он между тем обычный человек, только выглядит как ящерица.
— Но ни одна живая тварь не может быть сделана из металла, — возразил Мелис.
— Но сами же говорили что это может быть доспех как у воинов Талезы, просто очень искусные латы. Может где-то есть страна где живут такие псы. На Шатгалле полно чудесных народов.
— Но вначале он был не из металла, — напомнил Горик.
Альче пожал плечами:
— Авры могут моментально менять цвет, а эти псы возможно одевать и снимать свои доспехи.
— Да чушь это всё! — Возмутился Вархо. — А пылающие глаза, а столпы света из них, что это, если не колдовство?
— Если он весь такой колдовской, то как же бейхоры ему ноги выдернули? — воскликнул Альче. — Что ж он себе новые не наколдовал?
— Тьфу на тебя, накличешь еще, — сердито сказал Вархо и правда чуть не плюнул. — Наколдует еще и ноги себе, и рога какие-нибудь чтоб бодаться. Может ему в один день больше трех раз колдовать нельзя, кто его знает.
Альче махнул рукой:
— Как хотите, я просто сказал.
— Нет, ну давайте проверим, — усмехнулся Банагодо. — Отправим Альче к псу, пусть попробует поговорить с ним, вызнать у него кто он такой и как от него избавиться. Посмотрим что случится.
Альче побледнел.
— А если он ему голову откусит? — Возразил Эрим.
— Ну и что. Будет у нас значит Альче без головы, что такого?
— Да нельзя с ним говорить, — убежденно произнес Вархо. — Если он молодому просто бошку откусит, то это еще полбеды. Но я вам говорю пес дьявол, отец лжи. Он человека охмурит, с ног на голову всё перевернет и настроит его против кого хочешь. Вот Альче поговорит с ним пять минут, а пес и завладеет им, и душой и телом. Альче вернется и набросится на нас как бешенный.
— Точно-точно, набросится, да еще и с большим хером. Никому мало не покажется, — со смехом сказал Баногодо.
Бриоды опять повеселели.
— Еще и металлическим.
— И светящимся.
— И говорящим.
— Ага, голосом Старого.
Бриоды засмеялись.
— Да нет, зря мы так. Может это псу мало не покажется. Альче-то храбрец. Помните как он хотел на сайтонскую ведьму с одной стрелой броситься.
— Так давайте дадим ему стрелу и пусть на пса идет.
— Ну нет, пусть без стрелы идет. Пожалеем пса.
Бриоды смеялись, а Альче, весь пунцовый, глядел в землю.
Наконец Ронберг, который и сам пару раз улыбнулся, сурово произнес:
— Ну ладно, кони ретивые, наржались над добрым молодцом и будет. А теперь за дело.
Кит чувствовал досаду и даже некоторое раздражение. Ему была крайне неприятна вся эта агрессия, направленная против него, ему было грустно и обидно, ведь по его мнению ничего по-настоящему плохого он этим людям не сделал. Он конечно понял, что они всего лишь выполняют категоричный приказ своего лысого командира. Но выполняют его, как представлялось Киту, с вполне искренним воодушевлением, с откровенной неприязнью и ненавистью к нему.
