— В Гроанбурге живут самые настоящие разбойники. Они грабят путников, купеческие караваны, деревни, похищают людей и требуют за них выкуп. А всех, кто так или иначе встает у них на пути, они сжигают, топят, вешают, разрезают на части или скармливают своим бейхорам — огромным жутким лысым псам.
Судья замолчал и внимательно посмотрел на девочку.
Элен нахмурилась.
— Я вижу, что вы говорите правду, но я только не понимаю почему вы при этом испытываете удовольствие. Вы что садист? Или вам нравится пугать маленьких детей?
Судья почувствовал себя задетым.
— Не знаю что ты там видишь, но никакого удовольствия я не испытываю, — раздраженно ответил он. — Я просто хочу чтобы до тебя дошло в каком опасном месте мы будем.
— Если оно такое опасное, зачем нам там быть?
— Во-первых мы не можем его миновать, — но спохватившись, что девочка увидит его ложь, поправился, — вернее можем, но через Гроанбург дорога намного короче. Во-вторых…, — судья споткнулся, подбирая нужные слова. Он и сам бы не смог ответить почему он это делает, а не называет все своими словами. Неужели ему хотелось выглядеть в глазах этого ребенка хоть чуточку лучше, чем он есть на самом деле. — Во-вторых, я знаком с их вожаком или миваром как они его называют.
Он ждал укола и девочка не преминула оправдать его ожидания:
— Достойное знакомство для городского судьи.
— Ты становишься предсказуемой, — спокойно сказал Мастон Лург. — Да, я однажды спас от виселицы трех его людей. И с тех пор Хишен, это его имя, в некотором долгу передо мной.
— И мы заедем туда, чтобы вы могли забрать этот долг?
— Ну, в некотором роде. Они накормят нас, дадут нам свежих лошадей, мы немного отдохнем и продолжим путь.
— А зачем вы спасли разбойников от виселицы?
Судья усмехнулся.
— На тот момент это был весьма благоразумный поступок. Хишен очень опасен. Бывали даже случаи, когда он со своим диким войском осаждал небольшие города. Кроме того он просто сумасшедший. Верит в черную магию, отправляет всякие мерзкие ритуалы, а его любимая забава вкапывать врагов по шею в землю и разными жуткими способами издеваться над ними пока они не погибнут. Я не буду говорить тебе что он вытворяет, это не для детских ушей, но поверь мне, что вот он действительно настоящий садист. И прозвище ему дали «Голова».
— И вы собираетесь в гости к такому человеку? — Удивилась Элен.
— Не волнуйся. Хишен, конечно, сумасшедший, но не дурак. Совсем даже напротив, он весьма сообразительный и хитроумный парень. Он не тронет судью ни в коем случае, он знает чем это грозит.
— Наверно весь народ королевства как один поднимется чтобы отомстить за вас, — попыталась съязвить Элен.
— Твой сарказм напрасен. Если причинить вред любому, кто принадлежит Судебной палате, десятки отборных карательных отрядов будут преследовать и уничтожать всех, кто к этому причастен. Поверь, это доказано и уже не раз.
— Ваша Судебная палата, по-моему, больше похожа на мафию, чем на государственный правоохранительный орган.
— На что похожа? — Не понял судья, никогда не слышавший этого слова.
— На организованное преступное сообщество, рьяно защищающее свои интересы и своих членов, — холодно пояснила девочка.
Судья усмехнулся.
— Вот как. Значит в вашей стране это называют «мафией». Выходит и вы знакомы с этим негативным явлением. — Судья поцокал языком. — А-яй-яй, такое развитое и прекрасное общество и такое нехорошее явление.
Элен недобро посмотрела на судью.
— Не паясничайте, — сказала семилетняя девочка сорокасемилетнему мужчине и тот снова усмехнулся.
— Тебе точно шесть лет? Может ты как лоя, выглядишь маленькой, а на самом деле тебе лет триста? Но знаешь, я бы посоветовал тебе быть осторожнее в твоих высказываниях о Судебной палате. В нашем королевстве можно попасть в Дом Ронга и за более невинные слова относительно Судебной палаты. Дом Ронга, поясняю для тех кто не знает, Акануранская тюрьма предварительного заключения, известная своими жуткими камерами и пыточными.
Элен игнорировала это замечание.
— Почему же ваш король или этот верховный претор не схватят этих разбойников?
— Пытались, правда не очень усердно. Но Гроанбург это настоящая маленькая крепость. Кроме того там есть система подземных ходов и, если разбойникам приходится совсем туго, они растворяются в лесах и ловить их там можно годами. И еще, я так понимаю, что Хишен кому-то неплохо платит в столице, чтобы там смотрели сквозь пальцы на его проделки, а также предупреждали о любых карательных мероприятиях.
— Грабеж и убийства вы называете проделками! — Элен покачала головой. — И вы еще называли кирмианскую девушку дикаркой. Интересно, что об этом сказал бы ваш святой отец Буртус? Он так неистовствовал, обличая девушку только за то что она носит штаны.
— Ну в этом случае у него один ответ: «На все воля божья».
— Я так и думала. Судя по его выступлению во время вашего шутовского процесса он вообще не очень большого ума человек.
Лург усмехнулся.
— Тут я с тобой соглашусь.
— На счет священника или того что ваш процесс шутовской?
Улыбка испарилась с лица судьи.
