– Вот как, – задумчиво тру подбородок пальцами. Какая интересная картинка у нас складывается. – А ты можешь договориться о личной встрече с ним?
«Зачем он тебе?» В глазах Марины так и плещется этот вопрос, но задать его она не решается. Не в ее компетенции, хотя, как другу я бы ответил.
– Я могу попробовать… – выдыхает и разводит руки в стороны. – Но не обещаю.
– Для тебя же нет ничего невозможного, – раздракониваю ее. – Мне очень нужна эта встреча.
– Это все? – расплывается в улыбке, а в глазах появляется азартный блеск. Да, теперь Марина мне его из-под земли достанет. Даже не сомневаюсь в этом.
– И кофе.
Молча выходит за дверь. Я еще раз быстро пробегаюсь по данным из папки, чтобы не упустить ничего важного, и убираю ее в ящик стола. А теперь работать. Обреченно перевожу взгляд на стопку документов, тяжело вздыхаю и тяну к себе верхний лист. Надо разобраться с этим как можно скорее.
– Папа! – Нюся кидается мне в ноги, как только я вхожу в дом. – Наконец-то ты плишел.
Сердце взрывается от нежности и теплоты к этой девочке. Никак не привыкну к новому для себя ощущению и статусу.
– Налаботался? – хитро прищуривается и тянет руки вверх.
Подхватываю ее, облепляет меня ногами и руками и целует в щеку.
– Я холодный, – счастливо улыбаюсь и сильнее сжимаю в объятиях
– А я тебя поглею, – кладет свои ладошки на мои щеки и заглядывает в глаза. – Молоз щечки намолозил, да?
– Угу, намолозил, – передразниваю ее и спускаю на пол.
– Пойдем сколее чай пить голячий, – берет меня за руку и тянет в сторону кухни. – Мы с тетей Галей пиложки напекли.
Глубоко вдыхаю и правда чувствую едва уловимый аромат выпечки. Галина Федоровна явно не скучает, а может, и правда наслаждается новой ролью.
– Сейчас я руки помою и приду, пока наливай. Ладно?
– Холошо, – серьезно кивает и разворачивается, чтобы убежать.
– Ой, а у меня же для тебя кое-что есть, – останавливаю ее, вспомнив про «страшилку». Достаю из кармана куклу и протягиваю дочери.
– Илиска! – радостно верещит Нюся, выхватывает из рук и крепко прижимает к себе. – Надо показать тете Гале.
Начинает кружиться по комнате и, наконец, убегает на кухню.
Устало улыбаюсь, наблюдая за ней. Ради таких эмоций стоило замутить этот маневр с квартирой и вредной соседкой.
Вешаю пальто, скидываю ботинки и прохожу в гостиную. Падаю на диван и прикрываю глаза. С кухни доносятся голоса, это так умиротворяет. Не хочется даже шевелиться. Все вроде бы хорошо, но все равно чего-то не хватает. Точнее, кого-то. Вики. Сейчас я слишком остро это ощущаю. Без нее внутри какая-то отчаянная пустота. Как? Когда? Почему? Я опять на этой скользкой дорожке. Блуждаю в темноте и понятия не имею, куда мне идти.
Трель телефонного звонка врывается в мысли. Распахиваю глаза и смотрю на дисплей – адвокат. Сердце стремительно разгоняется и с силой врезается в ребра. А что, если не получилось? Стискиваю зубы и принимаю звонок.
– Слушаю, – напряженно выдавливаю из себя.
– Все прошло без эксцессов, – сухо отчитывается Григорий Павлович. – Сейчас Виктория подпишет необходимые документы, и выезжаем.
Волной облегчения смывает напряжение, в котором я нахожусь последнее время. Все хорошо. Все получилось.
– Спасибо. Жду.
Засекаю отсчетные сорок минут. Откидываю телефон в сторону и растираю лицо ладонями. Надо как-то взять себя в руки и приготовиться к встрече с Викой. Нервничаю, как мальчишка перед первым свиданием. Я не знаю, как мы будем взаимодействовать. Не представляю, как в нашей ситуации в принципе можно наладить контакт, но я обязан сделать все возможное ради нашей общей дочери. Надеюсь, Вика тоже это понимает и не будет упрямиться.
– Папа, чай готов! – Нюся вбегает в комнату и без предупреждения забирается на мои колени. – Ты идешь? – с нажимом спрашивает и сердито хмурит брови. Не сдерживаю улыбку, такая она строгая и смешная одновременно.
– Иду-иду.
– А сам сидишь, – упирает руки в бока и хмурится еще сильнее. Маленькая заноза, из-под земли достанет то, что ей нужно.
– Пару минут отдохну и приду, – клятвенно обещаю, надеясь на небольшую передышку.
– Тогда я с тобой посижу, – решает Нюся и приваливается мне на грудь, пальчиком шебурша пуговицы на рубашке. – А мама сколо плиедет? – горестно вздыхает.
– Очень скоро. – Одной рукой обнимаю ее, а второй мягко глажу по спинке. Бедный ребенок. Соскучилась по маме, наверное. – Чай попьем и пойдем встречать.
– Тогда пойдем быстлей, – тут же оживляется и вскакивает с колен.
– Беги, я догоню.
Кивает и убегает обратно на кухню.
– Тетя Галя! Сколо мама плиедет, – слышу ее взбудораженный голос.
– Это же здорово! – поддерживает Галина Федоровна.
Здорово… Наверное, да. Только вот мне как-то неспокойно. Смотрю на часы – со звонка адвоката прошло не больше трех минут, а мне показалось, целая вечность. Никогда не думал, что время может ползти так медленно. Бесконечно долго.
