Что может быть ужаснее для матери, чем потеря десятилетней дочки в бескрайних песках Кара-кума? Затем долгие годы поиска. Это случилось в 1932 году с Надеждой Гориной – дочерью известного московского профессора. Когда ее остальные дети выросли, они помогли своей матери взглянуть на эту трагедию иначе.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Эта удивительная история началась в 1933 году.
Уже третий день пассажирский поезд двигался по Средней Азии в сторону зии в напра направлении далекой Москвы. Дорога тянулась по бесконечной степи, и казалось, ей не будет конца.
Главный инженер механического завода Семен Розенталь в этот летний день возвращался домой вместе с женой и десятилетней дочкой. Они сидели в купе напротив своих спутников, уткнувшись в свои книги.
Около месяца Семен гостил в Самарканде у родного брата, который руководил там строительством консервного завода. А прибыл он туда из Ленинграда около года назад. Древний город привел его в восторг, и брат стал звать Семена в гости: «Вы с Надей должны непременно увидеть эту жемчужину Востока». Так в своих письмах он называл этот город, описывая его величественные памятники. Он уверял Семена: чтобы ощутить прелесть Самарканда, следует все увидеть своими глазами. «Особенно меня поразила красота Гур-эмира – усыпальницы правителя Тимура, который в XIV веке завоевал почти всю Азию и Индию, – писал брат. – Здесь мечети высотой более сорока метров, хотя сильно разрушены, но все же не потеряли своего величия. Из рассказа брата складывалось впечатление, что там и поныне народ живет в средневековье, хотя под решительным влиянием социалистических идей и русской интеллигенции рождается новая жизнь. Но большая часть писем касалась истории и культуры этого края: это царь Кир, Македонский, пророк Заратуштра. Эти рассказы так увлекли Семена, и особенно его жену Надю, историка средних веков Европы, что супруги решили отправиться в путешествие в этом же году, несмотря на тяжелую жизнь в стране. Их ждал таинственный край с загадками, приключениями.
Семен жил в Москве с родителями жены – это старые интеллигенты Горины. В самом начале родители Нади сочли такую поездку неразумной и опасной: центральные газеты иногда писали о положении в Средней Азии, что там еще бродят остатки разбитых банд басмачей, мешая строительству социалистического Туркестана. Они нападают на села, убивают активистов. Но письма из Самарканда немного успокоили стариков. Брат Семена сообщил, что во всем крае прочно установилась Советская власть. И хотя небольшие банды еще скрываются в горах, но к городам и крупным селам уже не приближаются. А в остальном происходят небывалые изменения: строятся фабрики, открываются школы и даже – университет. Одним словом, жизнь пробуждается, и детей из бедных семей сажают за парты, а женщин заставляют сжигать паранджи прямо на площади Регистан. «К великому сожалению, из-за этого, – писал брат, – некоторые фанатичные мужья убивают своих жен, дочерей и сестер. Такова плата за прогресс».
Молодые супруги Розенталь целый год готовились к поездке и копили деньги. Даже продали ковер и золотую цепочку. На этом настояла сама Надя, хотя непросто было решиться на такое: все-таки это подарок ее отца. Уже после этого дочь подошла к отцу, сидевшему за письменным столом, обняла за шею и сообщила о продажи цепочки. Узнав об этом, профессор Горин – семидесятилетний ученый-историк с длиной белой бородой – совсем не обиделся. Напротив, похвалил дочь со словами: «Настоящее золото – это знания, культура, и я весьма доволен твоим поступком». Затем старик нежно провел по ее гладкой прическе. Наде стало жаль отца, и она прижалась к его бородатой щеке. Сейчас известный ученый оказался не у дел, потому что его «небольшевистские» взгляды не устраивали руководителей Московской городской партии. По этой причине его лишили возможности заведовать кафедрой, а после и вовсе запретили преподавать студентам. Так крупного ученого определили в университетскую библиотеку рядовым сотрудником. Сама Надя работала там же.
Прежде чем отправиться в столь длительное путешествие, Семену и Наде нужно было пристроить своих детей. Всех троих оставить на попечении старых родителей не хотелось, как-то совестно было. Тем более в последние годы у Надиной мамы болели ноги и она выходила из дому редко. Однако на семейном совете старые родители заверили, что как-нибудь управятся с любимыми внуками. «Да и не такие они маленькие», – добавил профессор. Самой старшей – Леночке уже исполнилось десять. Она считала себя взрослой и старалась читать серьезные книжки, а также помогала маме. Училась Леночка в четвертом классе и всем говорила, что станет детским врачом и отправиться в Африку лечить бедных, умирающих детишек, фотографии которых она как-то увидела в газете «Правда». Вторым ребенком была Валечка, в этом году она пойдет в первый класс. И самым младшим и, разумеется, любимцем являлся пятилетний Петя.
Семен сожалел, что в Москве у него нет родни, у которой он мог бы оставить детей. Его мать с младшей сестрой жила на Украине, а отца убили в шестнадцатом, во время еврейского погрома. Спасая семью, с топором он вышел навстречу толпе.
