Здесь не будет любовных "розовых соплей" девочки-подростка, скажу сразу. Моя жизнь - не сахар. И если вы подумаете, что я, как и все подростки, слегка преувеличиваю, то это не так. Моя школьная жизнь не задалась с самого начала лишь потому, что я - другая. Унижения, оскорбления, издевательства - то с чем приходилось сталкиваться каждый день. Я - другая, поэтому мне о счастье можно лишь мечтать. А что бы случилось, будь я как все? Что было бы, если...
Annotation
Здесь не будет любовных "розовых соплей" девочки-подростка, скажу сразу. Моя жизнь - не сахар. И если вы подумаете, что я, как и все подростки, слегка преувеличиваю, то это не так. Моя школьная жизнь не задалась с самого начала лишь потому, что я - другая. Унижения, оскорбления, издевательства - то с чем приходилось сталкиваться каждый день. Я - другая, поэтому мне о счастье можно лишь мечтать. А что бы случилось, будь я как все? Что было бы, если...
Байкова Аксинья
Байкова Аксинья
Девочка, которая хотела счастья
1
Утро понедельника началось громко шумно и до безобразия рано. Крики и звон разбитого стекла ворвались в мой беспокойный сон, разнося волны оглушительной головной боли. Я подняла глаза на бессовестно тикающий будильник. Пять тридцать! Черт возьми, у меня отняли целый час сна!
Вопли за стеной сменились плачем и неясным до боли знакомым бормотанием. И все сразу стало ясно - мой нерадивый папаша в очередной раз решил навестить меня, свою любимую кровиночку, после очередных бурно проведенных выходных. Но вот беда, на его пути попалась бывшая жена, по совместительству являющаяся моей мамой. И, конечно же, в нетрезвом мозгу папеньки не нашлось идеи лучше, чем начать ругаться с мамой.
Каждый пьяный стон отца, как впрочем и всегда, поднимал внутри чувство отвращения и злости. Да какое право он имеет на то, чтобы постоянно врываться в мою тихую жизнь, принося одну головную боль?! Ноги сами собой подняли меня со старенького скрипучего дивана, и я яростно распахнула дверь.
Отец в крови и осколках зеркала полулежал на еще вчера чистеньком бежевом линолеуме, а мать, сжав руки в кулаки, грозно нависла над ним. Вообще моя мама всегда походила на дюймовочку, маленькую изящную куколку с большими карими наивными глазами, обрамленными пушистыми ресницами. Сейчас же она нависла над отцом, будто Гингема над Элли. Ее каштановые волосы торчали в разные стороны, а глаза готовы были метать молнии. Хотя нет, сравнение моего отца с Элли это нелепо, скорее уж он походил на Страшилу, который вечно искал свои мозги.
- Ева! Закрой дверь с обратной стороны! - голос матери дрожал от бушевавших внутри нее эмоций, и я бы последовала ее приказу, если бы в этот момент отец не завалился на бок, размазывая кровавые следы по синим цветочкам на обоях, а затем застонал, нет, завыл!, от боли. Мамино внимание переключилось на него.
- Замолчи! Ничтожество! Пошел вон из моей квартиры! Ты бессовестный, отвратительный...
Внутри меня что-то щелкнуло, и я непроизвольно кинулась к отцу, пытаясь параллельно найти взглядом что-то хоть отдаленно напоминающее бинт. Меня сразу обдало тошнотворной волной перегара, табака, затхлости и грязи.
- Мама, пожалуйста...! - я присела на пол и попробовала оттащить папашу из груды осколков, но его пьяное сознание не намерено было мне помогать. Он просто сидел и стонал.
- Прекрати сейчас же! - мать схватила меня за плечи, - Не смей прикасаться к этому! Он наверняка болен чем-то заразным!
- Но он истекает кровью! - мне все же удалось вытащить руки отца из осколков, - Помоги мне!
- Что-о? - мама встала в позу "руки в боки", а ее голос задрожал от возмущения, - Он пьет дни напролет, кочует от женщины к женщине, ворует наши с тобой деньги, да еще и разбил мое любимое зеркало! Помочь ему? Такого как он спасет только могила!
Мать развернулась и с высоко поднятой головой за дверью кухни.
- И чтобы к твоему уходу ноги его в нашем доме не было! - донесся до меня гневный возглас матери.
Меня это совершенно не напугало. Слишком хорошо я изучила мать. Сейчас она накалена до предела, но пару часов спустя она остынет и, может быть, даже мысленно пожалеет отца. Но это произойдет уже на работе, поэтому сейчас необходимо как можно быстрее оттащить нерадивого папашу в комнату и попытаться хоть немного обработать его раны. Если конечно я не грохнусь в обморок от витающего вокруг него амбре.
- Пап, - я заговорила шепотом, - Если ты сейчас мне не поможешь, то мама выкинет на улицу нас обоих, - я предприняла усилие, и отец немного приподнялся с грязного пола, - Ну же!
Путь до нашей небольшой спальни равный двум нормальным человеческим шагам мы преодолевали невыносимо долго, и это практически отбило у меня желание помочь этому когда-то родному человеку. Но взяв свою волю в кулак, я все же усадила папашу на пол, облокотив на стену и найдя полотенце, поплелась в ванную, чтобы предпринять меры по очистке рук отца от крови и грязи.
К тому времени как хлопнула входная дверь, а хлопнула она довольно грозно, потому как мама по-прежнему была все в том же яростном настроении, так вот, к тому времени я уже успела мало-мальски обработать раны нерадивого родителя и даже замотать его ладони бинтом. Решив, что этого будет достаточно, я собрала все осколки в прихожей, а затем достала свою потрепанную школьную форму и направилась переодеваться в единственную комнату с уцелевшим зеркалом - в ванную.
