Пайпер видела, что Белла неподдельно растерялась. Что бы там Конрад ни сделал Белле, ясно было, что оправилась она не до конца. Можно прибавить ещё довод к и без того длинному списку причин, почему от Конрада нужно держаться подальше – от него одни неприятности.
– Э… я не знаю, о чём вы говорите, – забормотала Белла, и к ней поспешила озабоченная доктор Хуллиган.
– Мне очень жаль, но Белле пора идти. Её ждут родители. – Доктор Хуллиган ласково повела Беллу прочь от оравы ребят к лифту.
– По-твоему, с Беллой всё нормально? – Пайпер шепнула Вайолет. – Думаешь, она просто придуривалась, говоря о цветах, из-за того, что рядом была доктор Хуллиган?
Вайолет пожала плечами.
– Она ни разу не улыбнулась. Ты видела? Ни разочку. Когда я впервые увидела её, она и минуты не могла продержаться без того, чтобы не расплыться в улыбке, сияла, как солнышко. Она словно другой человек.
Доктор Хуллиган завела Беллу в лифт, когда Пайпер бросилась вперёд в последней отчаянной попытке достучаться до подруги. В отсутствие Беллы Джаспер ухаживал за Принцессой Мадригал, и на ней почти каждый день появлялись новые цветы, а обрубленный стебель вытянулся и вырос. Поражённые чудесным исцелением растения, дети предвкушали, как же обрадуется Белла, увидев похорошевший цветок.
– Эй, Белла, если хочешь, я сбегаю и принесу тебе Принцессу Мадригал, – с надеждой в голосе предложила Пайпер. – Она выпустила новый побег, ты можешь показать её своим родителям.
– Принцесса Мадригал? – что-то промелькнуло в глазах Беллы, а затем она покраснела. – Нет. Нет, спасибо. Ты позаботься о ней вместо меня.
Пайпер ахнула. Белла не хочет посмотреть на свой цветок?!
– Но…
– Лифт, поехали, – приказала доктор Хуллиган.
– Пока, Белла!
– Не забывай нас!
– Возвращайся поскорее, навещай нас!
Белла подняла руку, чтобы помахать на прощание, но двери лифта закрылись прежде, чем она завершила жест. Оббежав лифт кругом, дети могли проследить сквозь стекло, как Белла поднимается вверх, выше и ещё выше и наконец исчезает на поверхности высоко над ними. Это был последний раз, когда кто-либо из них видел мисс Беллу Хароша.
– Вот бы и мне с родителями повидаться!
– Здорово, наверное, вернуться домой.
– Так, у нас ещё остался пирог, и его нужно съесть. Продолжаем! – воспитатель Толле повёл Лили и Джаспера к столу с закусками.
Через некоторое время дети вернулись к играм; Кимбер нашла ещё один кусочек американского зефира, который втихаря поджарила, а Нален и Ахмед снова принялись колошматить друг друга по голове воздушными шарами. Только Пайпер осталась стоять, запрокинув голову, погружённая в свои мысли. «Белла не захотела забрать Принцессу Мадригал? Она же обожала этот цветок», – то, что она его оставила, казалось лишённым всякого смысла.
Смятение Пайпер было таким глубоким и полным, что она утратила бдительность и перестала обращать внимание на окружающих и на происходящее вокруг. Конрад, который пристально следил за Пайпер, понял, что вот тот шанс, которого он ждал. Растерянность и ошеломление делали Пайпер лёгкой добычей – всё, что нужно, чтобы довершить его план!
Украдкой, тихо-тихо, Конрад подкрался поближе, а затем мгновенно метнулся к Пайпер. Пайпер, ничего не замечая, продолжала смотреть вверх. Тщательно прицелившись, Конрад подготовился ментально и физически, а затем быстро, словно кобра, нанёс удар. Он выбросил руку и схватил что-то у груди Пайпер.
– А-а-а! – завопила Пайпер, приходя в себя. Она инстинктивно отпрянула, но Конрад был быстрее. Резким рывком Конрад разорвал ленту на шее Пайпер и сорвал её деревянную птичку.
Пайпер показалось, будто он вырвал её сердце. Драгоценная деревянная птичка размером не больше шарика для гольфа и стоимостью не дороже пары долларов для Конрада и всего мира имела созвучность и сообразность с самой ДНК девочки. Этот кусочек дерева был выпестован родной землёй её дома, где родители терпеливо ждали её возвращения. Это был материальный кусочек папиной заботы, крохотный обломок защищённости, любви, причастности, и без него она почувствовала себя совершенно потерянной, не связанной ни с прошлым, ни с будущим. Она нуждалась в этой птичке, как нуждалась в кислороде.
– Ну и ерунда! – ухмыльнулся Конрад, крутя птичкой вне досягаемости рук Пайпер. – Дерьмово же твой отец строгает!
– Или ты отдаешь её немедленно, Конрад, или я, клянусь небом, я… – Лицо Пайпер полыхало от ярости, дыхание рвалось из груди.
– Ты все время это говоришь, летучая девочка, но ни фига не делаешь. И знаешь почему? Потому что не можешь. Ты бестолочь! – Раскручивая фигурку над головой, Конрад наподдал скорости так, птичка исчезла в смазанном водовороте.
– Конрад! Прекрати! – попыталась приказать Пайпер, но голос прозвучал так, словно она его умоляла, что, конечно же, было правдой.
Глухой к мольбам Пайпер, Конрад выждал, когда все глаза обратятся к птичке, а затем отшвырнул её к мусоропроводу. Прицелился он отменно – крохотная птичка ювелирно пролетела по воздуху. На глазах у остолбеневшей от ужаса Пайпер её поглотила грязная пасть мусоропровода, и она навек исчезла.
