– Я уже думала об этом, когда шла в лагерь, – на бегу делилась со мной девочка. – Обо всем, что произошло в лесу. Как будто кто-то расставил ловушки для кого-то из нас или для всех вместе. И этот кто-то наверняка тренер.
– Думаешь, он все-таки из Инквизиции? Да, здорово на это смахивает. Сначала все эти события, чтобы заставить нас проявить свою силу, скорость. Думаешь, мы выдали себя?
– Не знаю. Смотря кто и как за нами приглядывал.
– Ну да, если в школе камеры понатыканы, то он точно всех нас расшифровал. А потом сделал так, что пришлось участвовать в этих играх… Интересно зачем? Но меня сейчас больше всего волнует вопрос с призраками.
– С голограммами, Леша, призраков не бывает, – все же не удержалась, одернула меня Иола.
– Ага, так же как циклопов или летающих людей! Ладно, не суть. Хуже то, что эти штуки явно работают на тренера. Управляемая голограмма – не такая уж фантастика, но как они очутились в нашем лагере?!
– Думаешь, кто-то из наших может быть связан с тренером? – резко тормознула Иоланта, вперила в меня требовательный взгляд.
– Нет, конечно! Предателей среди наших нет и быть не может! Но вдруг мы просто что-то не понимаем, что-то упускаем из виду?
Впереди на поляне показались собачники с питомцами, и мы вынуждены были перейти на шаг.
– Как ты думаешь, нам стоит найти Платона? – необычно тонким голосом спросила Иола.
Я даже споткнулся на ровном месте от удивления:
– Альдонина? Зачем он нам сдался?
Иола с повышенным вниманием наблюдала, как юный мраморный дог в розовом комбинезоне в панике улепетывает от какой-то нахальной и громкоголосой дворняги в половину его роста.
– Ну, может, ему самому нужна помощь, он же сегодня убил человека! Хоть и случайно… Ладно, не смотри на меня так. Где вообще ты собираешься искать тренера?
Я об этом, как оказалось, еще даже не думал.
– Возможно, в школе можно узнать что-то…
– Но школа сегодня закрыта, разве только кружки работают. И потом, если он действительно липовый тренер, то наверняка позаботился, чтобы его настоящий адрес нигде не был записан. Но вот Платон может что-то знать.
– Опять Платон? Да с чего бы?!
– Слушай, а тебя вообще не удивило, что он выстрелил? – тихим голосом спросила Иола.
– Нет! Я даже знаю, почему он это сделал!
– Просвети!
– Ну, они после игры занимались всякими отвратительными вещами, и это снималось на телефон или камеру тренера. Все были замазаны, и никто не рыпался. А когда Альдонин увидел, что я выхожу из игры, то перепугался до смерти и хотел остановить меня любым путем…
Иоланта решительно затрясла головой:
– Нет, Платон не такой!
– Слышать даже не хочу! Как ты можешь его защищать?!
– Я и не защищаю. Я много читала про секты, про опыты Милгрема, про Стэнфордский тюремный эксперимент. И я хорошо знаю, что человек под влиянием сильной авторитарной личности может меняться до неузнаваемости, совершать чудовищные вещи. Но Альдонин… Он слишком умный, он из тех, кто становится руководителем, а не идет на поводу. Что бы ни происходило на этих играх, он заранее позаботился, чтобы это никак не могло его запачкать. И все-таки он хотел тебя остановить. Но почему стрелял? Почему просто не бросился на тебя?
Вот это был вопрос. Я перестал злиться и во все глаза уставился на Иолу:
– Ты думаешь, он знает?!
Она повела плечами:
– Возможно. Кстати, он стрелял не в тебя, в сторону. А еще раньше он пытался что-то рассказать тебе насчет игры и участия в ней этого мальчика, Женьки.
Я внутренне заледенел, потому что Иоланта заговорила о самом болезненном для меня: я ведь мог тогда его выслушать. И ничего бы не случилось. А Иола не умолкала:
– В общем, мне показалось, он испугался за тренера, ты ведь шел в тот момент за ним, на ту поляну. Но тогда я права, и они действительно связаны. Предлагаю сначала на всякий случай пойти к школе, а потом к Платону…
– Стоп! Ты знаешь, где он живет?
Молчание.
– Ты встречалась с ним, да? Это он тебе названивал?
– Нет, – отрезала Иоланта. – Просто он как-то догнал меня на школьном дворе и пошел рядом. Мы болтали про олимпиаду, к которой он как раз готовился. А потом на той же улице, где и школа, показал свой дом.
– Может, заодно и квартиру сказал?
– Ты не поверишь. Мы как раз обсуждали одну задачу, и он сказал, что ответ совпадает с номером его квартиры. Я запомнила… на всякий случай.
– Все ясно, пошли!
Мы уже входили на школьный двор, – и там оказалось неожиданно многолюдно. Я узнал человек двадцать из тех, кого видел в лесу. Все выглядели растерянными и ужасно усталыми, но мне показалось, что лица их как-то изменились… К лучшему, в общем: стали более живыми, испуганными, смущенными. Я заметил Витьку и направился прямиком к нему. Мое приближение заставило его побелеть и врасти в землю.
– Привет, чего вы тут? – спросил я.
– Н-не знаю, – осторожно отозвался Пронин. – Ты убежал, ребята за тобой. Потом выстрел в лесу. И к нам уже никто не вернулся. Мы решили идти по маршруту, дошли до поляны, но там никого не было. Что случилось-то?
– Не в курсе, – отмахнулся я. – Значит, тренера Гая вы больше не видели?
– Не. Пришли сюда, думали, он появится. Но нету…
