– Ладно, – сказал Марк, задумчиво потирая голову после вдохновляющих подзатыльников феи-крестной, – ладно. Ну, а в самом деле? Чем они, эти благородные животные, – он сделал широкий жест в сторону настороживших уши свиней, – чем эти, не побоюсь сказать, млекопитающие, хуже феев?
Свиньи с энтузиазмом хрюкнули.
Марк не просто так столько времени был советником королевы, и сам, пусть на один день, стал королём. Большинство придворных действительно были хуже свиней. Жрали так же, хрюкали, нажравшись, так же, в грязи валялись так же, но ещё старались друг друга толкнуть, ущипнуть и всячески нагадить, до чего ни одна честная свинья не додумается. Она если и нагадит, то беззлобно, и не на тебя, а рядом.
И благородными животными свиней Марк не так просто назвал. А для самомотивации. Одно дело – он пасёт грязных вонючих хрюшек. Другое дело, он возглавляет стаю благородных животных. Чувствуете разницу? Марк сразу почувствовал. Его согнутая унижением спина распрямилась, высохшая грязь с придворного мундира отлетела, под ней даже пара орденов обнаружилась.
Свиньи, до этого привычно валявшиеся в грязи, медленно, одна за другой поднимались на ноги. Тех, кто лежал отвернувшись, пихали в спины. Тем, кто непонимающее вертел головой, что-то тихо хрюкали в ухо. Постепенно они собрались у забора, глядя на Марка, как ему показалось, преданными глазами. Марк откашлялся и обратился к свиньям с речью.
– Э-э-э… Животные! – начал он. – Я обращаюсь к вам, животные, потому что…
Несколько свиней начали разворачиваться к нему спиной. Парочка легла. Марк пожевал губы.
– Свиньи! – попробовал он начать по-другому. – Гхм, гхм. Свиньи!
Легла уже половина стада. Ещё несколько вернулись к любимому занятию – рыться пятачками в навозе.
Марк сжал кулаки. Его лицо покраснело. Он, опытный царедворец, понимал, что нужно сделать, но заставить себя было непросто. Наконец он собрался с духом.
– Уважаемые свиньи! – ещё раз обратился он к своему стаду тихим сдавленным голосом.
Самый большой боров коротко хрюкнул.
Марк набрал в грудь воздуха.
– Уважаемые свиньи! – крикнул он.
Все свиньи повернулись к нему, те, кто лёг, начали вставать, боров хрюкнул два раза.
– Уважаемые свиньи! – уже уверенным голосом продолжил Марк. – Впрочем, нет, я не прав, что обращаюсь к вам так.
Свиньи вопросительно дёрнули хвостиками.
– Одно слово, из тех, что я сказал, лишнее.
Боров мрачно посмотрел на него исподлобья.
– И это слово – свиньи. Уважаемые, вот как я должен был обратиться к вам с самого начала.
Боров округлил глаза.
– Да, именно так. Отныне никаких свиней. Нет, в самом этом слове нет ничего плохого. Ведь этим словом называли таких прекрасных животных…
Боров хрюкнул.
– Простите, таких прекрасных существ, как вы! Но это слово испоганили. Вы не раз слышали, как эти ваши так называемые хозяева, гномы, обзывали свиньями друг друга. И когда они это делали? Когда поздравляли с днём рождения? Когда признавались в любви?
Свиньи синхронно покачали головами.
– Нет! Когда они хотели назвать кого-то грязным, неопрятным гномом. Разве это справедливо? Разве вы грязные живот… Извините, существа? Это не так!
Свиньи согласно закивали. Комья грязи с их голов посыпались в грязь.
– Поэтому я больше не произнесу этого запачканного слова: свиньи. Отныне вы…
Свиньи замерли.
– Отныне вы представители семейства нежвачных парнокопытных!
Челюсти нежвачных парнокопытных отпали. Самый большой боров от удивления сел на свою толстую задницу. Его глаза медленно наливались кровью. Ещё немного, и он полез бы через забор бить Марку морду.
– Спокойно, спокойно уважаемые! – замахал руками Марк, – это ваше научное название, я всего лишь хотел сказать, что так вас называют учёные, которые, между прочим, не чета этим малообразованным гномам!
Боров захлопнул пасть, но глаза его остались красными.
– А я буду назвать вас так: кабаны! Кабаны – так звали ваших далёких диких предков, которые держали в ужасе окрестные леса. Помните ли вы, что один дикий кабан мог сожрать за один присест троих волков, а ещё четверым – откусить хвосты?
Свиньи радостно захрюкали, подтверждая, что, конечно, помнят, хотя они не помнили ничего дальше вчерашнего корыта с ботвиньей.
– Помните ли вы, что два кабана могли завалить медведя? А три кабана – ещё и не дать ему встать?
Свинячье хрюканье начало переходить в восторженное повизгивание.
– Когда-то вы были хозяевами этого леса, – показал Марк на ближайший сарай, очевидно имея в виду, что доски, из которого он построен, выросли в лесу. – Так негоже вам подчиняться этим жалким гномам, которые только и думают о том, как сделать из вас котлеты! Вперёд, животные, и теперь я не боюсь сказать это слово, потому, что вы – животные, и этим вы должны гордиться!
Когда неистовый визг свиней, видимо, собравшихся немедленно идти валить медведей и не давать им встать, немного затих, Марк смог закончить речь:
– Но нам нельзя спешить. Мы должны тщательно подготовить наше освобождение. Верите ли вы в меня, кабаны?
Боров попытался отдать Марку честь своим парным копытом. Марк улыбнулся.
