- Когда Дайкуро использует Сейкатсу, то не особо заморачивается - идет на пролом. Такие удары очень трудно держать, но у меня получается, - с гордой улыбкой произнес Хидехико.
- Это хорошо, - улыбнулся в ответ Амэ.
Остальные Аши молчали. Акито, решив, что в ногах правды нет, опустился на пол рядом с Амэ, и притянул его к себе в защитном жесте. Коснувшись плеча брата, юноша внезапно осознал, что командир их маленького отряда боится, он на грани паники - его любимой сестре угрожает реальная опасность, и от одной только мысли, что он не сможет ее защитить, что на нее нападет какая-нибудь тварь, причем нападет по его вине, Акито начинал терять голову. Иногда Амэ казалось, что между ним и братом существует какая-то таинственная и неведомая связь, которая позволяет им чувствовать друг друга. И вот сейчас, поняв, что его брат сильно взволнован, хотя и пытается не показать этого, он нашел руку Акито и уверенно сплел их пальцы, успокаивая и придавая уверенности.
- Хидехико не сможет держать поле… - мрачно заключил Накатоми.
- Я смогу! - мгновенно возразил тот. - Я защищу принцессу! Чего бы это не стоило!
Амэ мысленно улыбнулся, ближе придвинувшись к брату. Какая похвальная верность, какая безграничная преданность. Что же сделал брат, чтобы это все завоевать? Амэ бы точно поддался искушению, выяснить ответ этот вопрос, но ситуация сейчас к тому не располагала.
- Очень надеемся на это, Хидехико, - произнес Амэ.
Но где- то глубоко внутри нарастала неясная тревога. Казалось, будто с тактильным контактом от брата к Амэ передалась его нервозность. Они в очень опасной ситуации.
- Так что делать будете, орлы? - спросил старик, насмешливо щурясь.
Топот ног: тяжелые и редкие - Дайкуро; легкие и частые - Яцуно. С глухим стоном раздвинулись фусума, и на пороге выросла угрюмая фигура одного из братьев Отомо; прислонившись к его боку с тяжело вздымающейся грудью - будто после пробежки, с волосами прилипшими ко лбу и большими глазами, полными усталости, стояла Таманоя.
- Мы будем сражаться, - голос у Дайкуро был низким, грубым и неприятным, он значительно уступал мелодичному и звонкому, точно горный ручей, голосу Хидехико.
Вдруг все стихло, и чуткий слух Амэ уловил раскат грома где-то вдали. Сердце на миг замерло, а потом забилось пойманной бабочкой в груди.
- Мне не удалось открыть проход, - сообщила Яцуно.
Амэ внезапно пробил холодный пот, и он поспешно опустил голову, борясь с подступающей паникой. Что-то приближалось. Его аура была настолько зловещей, что от нее кровь стыла в жилах. Неужели это и есть та самая небесная собака?
- Я слышу гром вдали, - сообщил он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
На небе не было ни облачка…
За восемь лет до этого.
- Добро пожаловать назад, - послышался незнакомый мужской голос, и Амэ открыл глаза. Зрение фокусировалось медленно: было несколько необычно наблюдать, как расплывчатые очертания комнаты приобретают четкость.
Амэ повернул голову и увидел мужчину плотного телосложения, сидящего на кровати. У него короткие волосы, тронутые сединой, смешная бородка и добрые глаза.
- Как ты себя чувствуешь? - голос мягкий и успокаивающий, и Амэ вдруг стало неуютно, и возникло отчаянное желание раствориться в этих добрых интонациях или вновь отключиться - где-то на задворках сознания маячило знание, что ему было хорошо и невероятно уютно в той тьме, откуда он вынырнул. Амэ чувствовал себя ребенком, который покинул утробу матери.
- Не знаю, - проскрипел непослушным голосом Амэ и закашлялся.
Заботливые руки, от которых исходило расслабляющее тепло, поддерживали его, пока Амэ мучил приступ жестокого кашля.
- Ничего-ничего… Сейчас пройдет.
Дрожащий свет тусклых бумажных фонариков, бархатная тьма летней ночи, немного душно и резко пахнет какими-то мазями. Кругом мир странный, совсем незнакомый. Он полон звуков, запахов и ощущений. Их слишком много, в них легко потеряться.
- Что ты помнишь? - вновь спросил мужчина, когда кашель прошел. Амэ напоили водой, чтобы промочить содранное гордо и уложили обратно в постель.
- Помню? - нахмурился Амэ, пытаясь понять, что от него требуют.
- Ты помнишь, кто ты? - уточнил мужчина, вновь присев рядом.
- Я не знаю… - нет, память не похожа на чистый лист, скорее наоборот. Но слишком много образов, их не получается ни рассортировать, ни упорядочить.
- Как тебя зовут, можешь сказать?
- Амэ… - без промедления ответил мальчик. - Амэ-удзумэ-но микото…
Толстые пальцы незнакомца пахли какими-то лекарствами и еще чем-то неприятно-сладким, когда накрыли рот Амэ.
- Не называй этого имени, пока не придет время, - мальчик согласно кивнул, вняв предупреждению. - Тебя зовут Сарумэ Амэ.
Такова была первая встреча Амэ и доктора Нагаи, семейного врача Сарумэ, единственного человека, посвященного во все секреты "молодой госпожи". На доктора можно было положиться в любой ситуации и обратиться по любому вопросу. Единственное, что раздражало Амэ так это то, что Нагаи знал больше, чем говорил.