Оказалось, что ками находился в траве. Что он там делал, одной Великой Богине известно, и когда услышал о приближении Данте, поднялся. У него были странного серо-зеленого цвета волосы, скрученные в тугой узел на затылке, из которого торчали серебряные шпильки-канзаси. Несколько волнистых прядок выбились из строгой прически и теперь обрамляли овальное лицо с заостренным подбородком. Необычайно яркие зеленые глаза смотрели спокойно, но в них не было равнодушия, как в тех же глазах Цукиеми. В них было участие.
- Или ты убежал? Что-то случилось? - ками быстро оценил ситуацию.
Может быть, при других обстоятельствах Данте бы и отказался отвечать, но сейчас ему было настолько плохо, что боль огненной лавой рвалась из груди. Ей нужно было поделиться. Даже пусть с первым встречным ками в серых, переливающихся на солнце шелках.
- Он ненавидит меня! - выпалил Данте, зажмурившись и мотая головой, будто пытаясь проснуться от этого кошмара.
- Кто? Рихард? - удивился незнакомец.
- Нет! - по-детски возразил Хищник. - Акито! Мой брат! Мы ведь обещали друг другу встретиться в Академии этой осенью. И я… - Данте едва не плакал. - Ну, меня не на тот факультет взяли!
- С кем не бывает… - сочувственно согласился незнакомец.
- А он ками ненавидит! Ненавидит, сколько я его помню! А я теперь!…
- Успокойся, - ками шагнул к Данте. Как ни странно, высокая трава ему не мешала вовсе, ведь странным образом расступалась там, куда он собирался ступить. Что за странное волшебство?
Ками приблизился и приобнял Хищника за плечи. Приобнял мягко, почти по-отечески. От незнакомца пахло травами, и это успокаивало.
- Расскажи мне все с самого начала. Станет легче. Вот увидишь…
Данте в смятении посмотрел на него, но покорно кивнул и начал свой рассказ. Он решил начать с Амако.
Акито был раздражен. И хотя внешне он казался спокойным, преисполненным невозмутимости и уверенности, внутри него клокотала ярость. Ярче обычного блестели его глаза, он плотнее сжимал губы, а на скулах играли желваки. Яцуно нахмурилась, отмечая, что движения командира стали резкими и быстрыми, слегка нервными.
- Ками крепят мечи за спиной, когда хотят продемонстрировать свое дружелюбие, - стоя к дочери Таманоя в пол-оборота и опустив голову, с мечом наголо, произнес Акито. После яркого дня в додзе глазам было темно, только зловеще блестела высококлассная сталь меча. Клинок этот казался изящным и грациозным, средней толщины и ширины, со строгой, прямой линией закалки и прогибом, центр которого смещен к рукоятке. Годами наметанный взгляд, нашел и отметил именно эти детали, и они Таманое Яцуно не понравились. Ведь в руках Акито сейчас находился клинок школы Бизен. Яцуно не знала сама, почему ее так испугало и так не понравилось это открытие.
- Ты считаешь, что они лицемерны, когда так делают? - она шагнула в полутьму додзе. Яркий дневной свет остался у нее за спиной. Глаза привыкали медленно, будто не хотели сдаваться и показывать происходящее до мельчайшей детали. Не хотели показывать Накатоми Садахару, который сидел на полу, прислонившись к стене, и полировал свой меч.
- Отнюдь, - Акито взмахнул мечом и загнал его в ножны. Не отнимая руки от рукояти, он на пятках развернулся к Яцуно, посмотрел на нее оценивающе. - Не лицемерны, а самоуверенны.
Девушка дернула бровью, вяло изображая интерес. На самом деле она жаждала узнать другое: что Акито намерен делать с тем выскочкой, который посмел назваться его "сестрой"? Но, не первый год зная командира, не спешила с вопросами, поджидала удобный момент, чтобы спросить.
- Посуди сама, насколько это неудобно: торчащие рукоять и ножны постоянно задевают кусты, производя совершенно ненужный шум; выхватив меч, его потом невозможно положить обратно в ножны, к тому же… его ведь не так просто выхватить.
Яцуно оглядела стан командира с ног до головы, отмечая его напряженность и, усмехнувшись, согласно кивнула. Акито отпустил рукоять меча и заложил руки за спину. Широкие штанины его шароваров-хакама дернулись и подмели безупречно чистый пол додзе.
- Но ками считают себя слишком умелыми и быстрыми, поэтому эти препятствия для них ничто. Думаешь, они бы смогли спасти больше людей, если бы не думали о своем этикете?
- Может быть.
- Ты не уверена, Яцуно? - спросил он с нажимом, поворачиваясь. Теперь Акито сверлил ее взглядом. Она ощущала его физически - ее кожу будто пощипывало, точно от кислоты.
- У тебя сегодня плохое настроение, - констатировала девушка без какого-либо страха.
Акито наклонил голову набок и прищурил глаза. Стало немного легче дышать.
- Могу тебя заверить, что оно такое же, как всегда.
Возражать смысла не было никакого, поэтому Яцуно закивала. Поймав на себе взгляд Садахару, она приблизилась к нему и молча опустилась рядом. Накатоми усмехнулся, и принялся снова полировать свой меч. Акито же вышел в центр додзе, обошел кругом несколько тренировочных манекенов, которые были ничем иным, как вымоченной в воде связкой бамбука.
- Ками до сих пор не победили йокаев только потому, что слишком самоуверенны, - произнес Акито.
