Рита рассмеялась, вкладывая свои пальцы в ладонь Данте. Он их слегка сжал, поднялся и помог спуститься на землю. В кустах как-то особо шумно завозились. Рита сократила расстояние между собой и Удзумэ, он почувствовал ее легкий, дурманящий аромат, исходящий от волос, и прикрыл глаза, когда она зашептала ему на ухо:
- Ты проказник, Данте. За нами ведь следят.
- Но так даже интереснее, - ответил он, обдавая ее шею своим дыханием. Рита еле заметно задрожала.
Ебрахий, глядя на все это безобразие, низко, почти как дикий зверь, зарычал и, не сдержавшись, зашелестел кустами. Элайя вопросительно поднял голову, его брови поползли вверх, когда он увидел выражение лица Бога, Приносящего Дары.
- Ты чего это? Данте почти победил. Разве не за тем он туда пошел?
- Мы делом занимаемся, а не развлекаемся, - Ебрахий, не отдавая себе отчет, рвал листья с куста, которые щедрым потоком сыпались на голову Элайи. Маленький ками переглянулся с Кристианом, сидящим подле тише воды, ниже травы, и пожал плечами.
- Он занимается делом, - подтвердил он.
- И вообще, кто сказал, что для выполнения нашего плана, нам нужен кто-то из Ямато? Я сам украду эти досье.
Элайя посмотрел на него, как на неизлечимо больного.
- Там стоят щиты, так просто не выйдет.
- Выйдет, - упрямо качнул головой тот и скрылся в темноте. Элайя, стоящий на четвереньках, перевернулся на спину и улегся прямо на землю. Он посмотрел вначале в небо в раздумье, как поступить дальше, а потом на Кристиана.
- Натворит он дел, - произнес тот безразлично.
- А так охота на досье глянуть… - вздохнул Элайя. - Ладно.
Ивато- но ками сел и принялся выбирать листья из своих розовых волос.
- Эй, Данте, - крикнул он. - Заканчивай там, Ебрахий решил, что ему помощь не нужна и справится сам. Надо бы его перехватить, пока он никуда не влип.
Удзумэ со вздохом оторвался от Риты, которая только-только начала поддаваться его очарованию. Но ничего не поделаешь. Это же Кунимити. Он может такого сотворить, что потом век не расхлебаешь.
- Наверное, он мне завидует, - произнес Данте извиняющимся тоном. - Мне выпала честь познакомиться с такой красавицей… Нужно бежать, но клятвенно обещаю тебе, что мы еще продолжим начатое!
- Обязательно, - она сверкнула глазами, схватив Удзумэ за предплечье. - И как насчет рассказать, что происходит. Неужели, я не заслужила?
Данте довольно улыбнулся и сжал ее руку. Похоже, его слова подействовали на нее, как надо. А любопытство - страшная вещь, он знал.
- Расскажу по дороге. Пойдешь?
- Идти еще с вами! - она задрала носик. - А далеко?
- Посмотрим.
Рита вырвала руку:
- Нет, я никуда не пойду! - закапризничала она.
Данте вздохнул, изображая огорчение.
- Что ж, тогда придется мне рассказать тебе, куда мы направляемся. Кристиан недавно узнал, что в Академии на каждого ками существует досье. Мы хотим выкрасть их, чтобы посмотреть, что про нас написали… - ну, почти правда. Но его ведь никто не уличит во лжи, правда? - Есть подозрения, что там много клеветы. Ты не боишься, что про тебя что-то страшное написали? Например, что занимаешься разведением пиявок…
- Что?! - вскинулась Рита. - Я должна это видеть!
Данте улыбнулся и посмотрел на Элайю с видом покорителя высоких гор. В конце концов, соблазнение и искушение очень близки по смыслу. Амэ-но-удзумэ это не мешало использовать и то, и другое сразу.
Сила и смелость Сошу-дэн
С чего начался конфликт, уже никто разобраться не мог. Говорили, что Мино-дэн, которые быстро нашли друг друга по интересам и теперь ходили дружной гурьбой, решили в своем тесном кругу провести экскурсию. Они осмотрели пятиэтажную пагоду, в которую еще никого не пускали, отметили художественное оформление, вспомнили, в каком году ее построили, просмотрели библиотеки, где познакомились с архивариусами. Они-то и посоветовали им почитать "Звезду". Взяв каждый по экземпляру, Мино отправились дальше. Тяга к искусству их завела в святая святых Сошу - в тренировочные додзе, в которых самая воинственная из школ была полноправной хозяйкой. Мино ничего плохого не замышляли, они только осмотреть все хотели с эстетической и исторической точек зрения, а Сошу все восприняла как наследили и облапили, ну и предъявили претензии. В весьма грубой форме.
Испокон веков в Сошу-дэн был лидер. Самый сильный и самый смелый, он становился им почти сразу и мало кто оспаривал потом его права. Хотя, бывало всякое. Так и сейчас школа быстро определилась, и главой ее стал грубоватый бунтарь Аматэрасу Сокоцуцу Хайден.
- Здесь моя территория, а вы на нее вторглись. За это понесете наказание, - произнес он "приговор" всей школе. Хайден не был чересчур уж высоким, но казалось, будто он возвышается над ними всеми.
- Нам ни о чем таком не сообщали, - ответила Изабелла. - К тому же мы не хотели ничего плохого.
Плачущая Богиня Болот - слабая и очень тонкая натура, довести ее до слез, конечно, раз плюнуть. Хайден этого не знал, а знал бы - триста раз подумал, прежде чем отвечать.
