Возвращаясь к реальности из воспоминаний Ебрахий, встряхнулся. Куратор следил за ним, прищурившись, а Цукиеми, казалось, ждал какого-то вопроса. Но молодой Хищник только покачал головой и произнес с грустной усмешкой:
- И почему мне кажется, что есть еще что-то, о чем вы мне не хотите говорить?
15 день месяца Кролика 482 год Одиннадцатого исхода
(девять лет назад)
Ие- но футана, страна Поднебесная, Нара
Цукиеми был терпелив настолько, насколько это вообще было возможно. Он мог веками не покидать Еминокуни, ни с кем не общаясь. Слово "скука" для него не имело никакого значения. Его дух всегда был спокоен и умиротворен, ничто не могло поколебать его.
- Мне нравятся здешние огурцы, - сообщил Хорхе, доставая из бочонка очередной крепенький и пупырчатый соленый огурец. Он хрустел им так аппетитно, что даже Цукиеми решил, что что-то в этом лакомстве все же есть, раз Амацукумэ поедает его в таких количествах.
- Живот заболит.
- У меня? - скептически приподнял брови Хорхе. - Не в этой жизни! К тому же…
Сегодня было по-настоящему грандиозное событие, поэтому Цукиеми безжалостно выпихнули из Еминокуни. И грандиозность события состояла в том, что Хорхе сегодня станет родителем, и его характер без того вредный и истеричный, а в последний год совсем испорченный предстоящим мероприятием, снова станет… сносным.
Командира не могла терпеть даже его команда, поэтому на время Подготовки его специальным приказом Рихарда сослали в Небесный дом. Из-за недостатка нужных развлечений Амацукумэ быстро заскучал и отправился их искать. В Еминокуни. Цукиеми на роль шута подходил меньше всего, и очень не любил, когда его уединение нарушалось, но Хорхе не прогнал по некоторым своим причинам. Политика Бога Счета Лун в этом отношении была проста и не нова - перетерпеть. Но время, что они провели вместе, казалось Цукиеми сущим кошмаром. Сейчас же он подошел к концу. Хорошо это или плохо, Бог Счета Лун еще не определился.
Нара, еще более яркая и прекрасная, чем обычно, шумела. Людские потоки текли по улицам, пестрые и разноцветные, шумные и веселые. Небо чистое настолько, что если присмотреться, можно разглядеть Великий поток, было расчерчено зелеными полосками на ровные квадраты, спутники вошли в атмосферу и зависли над местом действия. Сегодня Церемония проходила по всему миру, и по ее результатам у Академии появится пополнение.
Людям это казалось праздником, поэтому они все собирались на площади, толкались и ругались, пытаясь найти место получше, ведь Аши будут показывать представление.
- Аши изображают из себя циркачей, - фыркнул Хорхе. Казалось, они думали об одном и том же. - Нашли себе достойное занятие, ничего не скажешь…
Огурцы были доедены, и Хорхе теперь с недовольным видом осматривался вокруг, выискивая что-нибудь интересное, но эта Церемония была такой же, как и сотни остальных, поэтому он быстро заскучал, заворчал, пошарил рукой в бочонке, где еще недавно находилось его лакомство, и не найдя там ничего, горестно вздохнул. Амацукумэ сгорбился, подтянул к себе колени и подпер голову рукой. Сидеть так на покатой черепичной крыше оказалось не совсем удобно, но ему удалось найти более ли менее устойчивое положение, чтобы не съезжать вниз.
- Опаздывают… - произнес он. - Никого понятия о пунктуальности!
Цукиеми застыл рядом каменным изваянием. Он смотрел на людей без интереса и без каких-либо ожиданий: живет так долго, что эти странные существа давно перестали его удивлять. Ничего из происходящего не могло заинтриговать его и заставить покинуть то состояние полной отрешенности, в которой он пребывал почти всегда. Но надо отдать должное Хорхе - у него "вытаскивать" Бога Счета Лун получалось весьма неплохо.
- Придут.
- А не придут, так сам за ними схожу. И тогда я им не завидую. О, смотри! - Хорхе привстал, кивая головой на семью, вышедшую из повозки. Двое неугомонных мальчишек, которые пританцовывали от нетерпения на месте, красивая холодной красотой женщина, царственная и строгая, и маленькая… девочка? Или мальчик, переодетый девочкой…
- Вот он. Великая Богиня, да ты посмотри на него! Что за маскарад? Они что рехнулись, что ли?
- Людские прихоти…
- А еще меня странным называют! Это, между прочим, мой будущий отпрыск! И он считает себя девочкой. Что мне делать?
Цукиеми эту истерику не оценил.
- Ты хочешь еще огурцов?
- Да не хочу я огурцов! - раскричался Хорхе. - Ты только об огурцах и думаешь! Я хочу себе нормального отпрыска. Но они же его испортят!
- Оставь.
Хорхе вздохнул.
- Ну да, я понимаю, что он из рода Сарумэ. И возможно - заметь, я сказал "возможно" - это будет Амэ-но-удзумэ-но микото, а вдруг нет?! Что мне тогда с этой недодевкой делать? Как воспитывать?
- Успокойся.
- Тебе легко говорить. "Успокойся! Оставь! Хочешь огурцов?" А у меня трагедия, может быть! Мои надежды разбиты! Я хотел большого и светлого, и что я вижу?
Цукиеми ничего не ответил. Хорхе это разозлило еще больше. Разозлило настолько, что он едва не завыл, как белуга - все же гормональный фон из-за будущего мероприятия был весьма далек от предполагаемой нормы.
