– А генеральным подрядчиком будет наша новоиспеченная фирма, директором которой будешь …
– Я!
– Ну наконец-то дошло, – облегченно выдохнул я.
– Да ладно, там же столько бабла будет, – радовался Макс.
– Для того, чтобы бабло было, много работать нужно и по возможности нанимать бригады рабочих, а не работать через фирмы. Там будут нужны и строители, и отделочники, и электрики, и по сплит системам и программисты. В общем всем этим будет заниматься наша фирма, а по завершении просто продолжим работать по этим профилям практически в монопольном режиме, так как конкурентов у нас почти не будет, учитывая то, каким масштабным проектом мы будем заниматься. Есть, конечно, сферы, которые уже поделены давно и нам туда просто не дадут залезть, например, пожарка или охранные агентства, но и те к нам на перебой побегут со своими лучшими предложениями. Все же захотят от такого вкусного пирога кусок оттяпать. И когда все это завертится, Силиванов уже ничего не сможет сделать. Это будет просто не его уровень и ему останется за нами только крохи подбирать, – я прямо был уверен, что в этот момент мои глаза блестели дьявольским огнем.
– Ну у тебя и размах, – только и смог прокомментировать Макс.
– Осталось только одно незавершенное дело по сегодняшнему вопросу, – я замедлил ход машины и остановился у обочины, почувствовав вибрацию телефона у себя в кармане.
– Какое? – спросил друг.
– Уже не осталось, – ответил я, увидев номер звонившего.
– Да, Кирилл. Все как договаривались. Проблем не было? Отлично. До связи, – и я довольно отключился, услышав то, что хотел услышать.
– Не понял. Чего ты там еще намутил без моего ведома? – спросил заинтересованно Макс.
– За то, что посмели тронуть Лизу своими вонючими лапами, племянникам Силиванова пришлось конечности повыкручивать, – обшивка руля трещала под моим нажимом.
– Они что ее …
– Если бы посмели, их давно бы в живых никого не было, – грубо перебил я друга, не дав ему договорить.
– Это им за их грязные мысли прилетело. Кирилл с ребятами хорошо поработали. Сопротивления не было, они просто не ожидали.
– Так Силиванов теперь мстить будет. Его самого хоть додумались не трогать? – говорил Макс, а в его голосе промелькнул страх.
– Ничего он делать не будет, потому что документы, подписанные у него, а для него дела важнее племянников. Силиванов будет думать, что мы боролись, но проиграли.
Я неслась по ступенькам в приемное отделение сломя голову. Сон как рукой сняло, хотя этой ночью я практически не спала, если не считать тот момент, когда я просто отключилась, сидя на диване в этом злощастном доме, про который сейчас вспоминать совершенно не хотелось.
Второй раз! Это случается с папой уже второй раз! И теперь этому виной я! Конечно, они с мамой так за меня переживали! Чувство вины накрывало меня с головой, заставляя заливаться краской мои щеки. Опять последние несколько часов я чувствовала себя виноватой без вины.
Разве я могла что-то сделать, когда меня похищали – нет.
Разве я могла что-то сделать, чтобы родители не волновались за меня в это время – нет.
Но виноватой меня считали и мой темный ангел и мама, папа сейчас просто не в том состоянии. С каждым шагом расстояние между мной и родителями сокращалось, и я замедляла ход, желая отвратить неизбежное. Подойдя к палате, я еще пару минут постояла, собираясь с духом и набрав в легкие побольше воздуха открыла дверь.
– Лиза, – мама обернулась, увидев меня и подалась на встречу чтобы обнять.
Папа лежал на постели и мирно спал, но цвет его лица был очень бледным. Палата была на двоих и на соседней кровати лежал еще один пожилой мужчина, который, подняв повыше подушку под головой, разгадывал кроссворды и удостоил меня лишь мимолетным взглядом. Посмотрев на него, мама повела меня в коридор.
У нее было очень серьезное лицо, темные круги пролегли под глазами.
– Мам что с папой, опять приступ. Это из-за меня он перенервничал. Я же отправила вам СМС чтобы вы не волновались, – сбивчивая несвязная речь побежала из меня потоком, а за ней полились и слезы.
Мама обняла меня и стала успокаивающе гладить по голове.
– Не плачь, – продолжала гладить меня, но ничего больше не говорила, не обвиняла, не ругала и я отстранилась, насторожившись.
– Мам, что с папой? – напряглась я в ожидании ответа, а она лишь отводила глаза.
– Мам, – затрясла я ее руку, вынуждая посмотреть на меня.
У нее был такой потерянный взгляд, что у меня моментально пересохло в горле и по спине побежал холодок.
– Лиза, папе нужна срочная операция на сердце и … – секунды растягивались в вечность.
– Иии?– смотрела я на нее во все глаза в ожидании ответа.
– И у нас нет возможности ее сделать, – мама встала с лавочки, на которой мы сидели, и отошла к окну.
Она говорила очень тихо, и я затаила дыхание, чтобы не пропустить ни слова.
