Я слегка наморщил носик и ответил. - Не хотелось бы об этом говорить.
- Неужели Пьер вас чем-то обидел? - 'как бы' догадался он.
- Мьет Пьер, позволил себе немного лишнего, только и всего. - уклончиво ответил я (не буду же я говорить, что внутри Лурии сидит Вадим который дергает за рычаги и давит на кнопки и этому Вадиму крайне не нравится когда всякие 'молодые' маги насильно тащат его танцевать).
- В этом весь Пьер, он не умеет себя сдерживать. - попытался вступиться за товарища мьет Седрик. - Проявите к нему снисхождение, простите беднягу.
- Я подумаю. - ответил я и спросил. - Итак Седрик, чем я должна сейчас заниматься как учащаяся Школы Магии?
Он улыбнулся. - Учиться магии конечно.
- А поточнее? - спросил я глядя на него с прищуром.
- Вот здесь... - мьет Седрик жестом указал в сторону неровно отколотого сверху куска гранитной плиты стоящей почти в самом центре холла (а я еще гадал на фиг эта хрень здесь, ведь не похожа она на произведение искусства), - список предметов которые вы можете посещать. Что и когда посещать, вы можете решать сами. Замечу, что посещать все предметы не обязательно, иначе в голове может образоваться каша. Например, если вы выберете какую-то из школ Стихии, то вам не зачем будет посещать лекций к примеру по целительству, хотя пожалуй базовые заклинания знать было бы хорошо. Также для всех желающих проводятся обучение имперской грамоте и счету. Уметь читать и писать, сейчас для учеников конечно не обязательно, но желательно, однако для вас, как я понимаю, это не представляет интереса.
Я кивнул как бы соглашаясь с мьет Седриком и спросил. - И что же мне выбрать? Ну... - мьет Седрик задумался минуты на две погрузившись в себя. - Вообще, существует несколько школ магии и множество ответвлений от них. Мы, в нашей Школе Магии для изучения предлагаем ученикам базовые основы самых распространенных направлений, - исцеление, иллюзии, стихии, амулетистика и алхимия. Обычно, в самом начале ученики выбирают то, что кажется им самым простым и легким, исцеление или алхимию, реже выбирают амулетистику, еще реже иллюзии и классические разделы стихии и совсем мало кто выбирает пространственную магию. Собственно, именно поэтому среди магов преобладают целители, алхимики и амулетчики которых иногда называют рунными магами.
- Почему? - с интересом спросил я.
Мьет Седрик достал что-то из мешочка висевшего у него на поясе и дал это мне. Я с интересом принялся рассматривать черный, овальный камешек покрытый фосфоресцирующими каракулями, который холодил ладошку (не могу сказать похожи ли эти каракули на Земные руны или нет).
- Как вы уже должны были заметить, камень покрыт письменами, они-то и называются рунами. - пояснил 'молодой' маг. - Эти руны составляют заклинание.
- И что делает этот камешек?
- Это всего лишь толмач ведь в Акрилон приезжают люди из разных стран, даже из-за океана. Но это простой амулет, а вот настоящий артефакт гораздо сложнее. Например вот эта плита. - мьет Седрик дотронулся до гранитной плиты рядом с которой мы стояли. - Однако создание артефактов, даже самых простых, требует незаурядной усидчивости и терпения. Поэтому амулетчиков-артефакторов не так много как алхимиков, которых в свою очередь намного меньше, чем целителей.
- А вы Седрик какое направление выбрали, когда стояли перед таким же выбором, как и я сейчас?
- Я пиромант, моя стихия огонь. - мьет Седрик замысловато перебрал пальцами и в завершение щелкнул ими и...
Матерь божья, на кончике его указательного пальца появилось пламя, и не просто огонек как у зажигалки, а в виде танцовщицы, прямо так - фигурка обнаженной девушки из оранжевого пламени.
- Японский бог!.. - подумал я офигевшими глазами глядя на огненное шоу и не скрывая зависти произнес. - Я тоже хочу так уметь.
- Ну что ж, добро пожаловать в ряды магов огня, госпожа Лурия. - улыбнулся мьет Седрик довольный произведенным на меня впечатлением.
Потом наш разговор был прерван учащимися стремящихся к гранитной плите возле которой мы разговаривали (стоит ли говорить, что учеников первого года всего двадцать три - это вместе со мной - и в конце года как я понимаю, отсеется примерно половина?), мьет Седрик извинился за то, что, ему приходится покинуть меня и удалился, а я поперся обедать, как-то незаметно время пролетело.
Не трудно догадаться, что обеденный зал в такой огромной школе все-таки имеет место быть и как и все прочие помещения он до безобразия большой и до неприличия роскошный. Было заметно, как неуютно себя чувствуют те не многие ученики, кто наверняка приехал из глубинки - дети крестьян. Тех же, кто чувствовал себя в подобной обстановке как рыба в воде было раз, два и нету, то есть единицы. Они то (ну и старшие конечно тоже), как раз и ходили рядом с длиннющим 'шведским' столом уставленным всем, чем только можно. С другой стороны стола стояли служанки, в обычной для этих мест одежде прислуги, черных платьях с накрахмаленными белыми передниками и такими же накрахмаленными белыми чепчиками на голове, в их задачу входит наполнение тарелок учеников.