Почему с ней беседует какая-то стэнфордская Задница? Она ждет звонка от самог
– Здравствуйте, Паулина.
– Здравствуйте, миссис Стоун. Спешу поделиться новостями о судьбе заявки на поступление в Стэнфорд вашей дочери Брук.
– Отлично, – буркнула Алисия.
Неужели она ни с кем ее так и не соединит?
– Приступим. В этом году приемная комиссия Стэнфорда получила ошеломляющее количество заявок на поступление. В стенах нашего университета мечтают продолжить обучение не только абитуриенты со всей Америки, из всех пятидесяти штатов, но и абитуриенты из семидесяти зарубежных стран. Мы хотим отобрать самых выдающихся и неординарных студентов, которые привнесут в наше учебное заведение элементы новизны и разнообразия и обогатят наши традиции новыми культурными веяниями.
Она что там, по бумажке читает?
– Паулина, давайте пропустим все это и перейдем непосредственно к Брук.
– Прошу прощения, – немного обиженно произнесла референт, – но я обязана придерживаться определенного порядка и дочитать все до конца.
– Хорошо, – вздохнула Алисия, усаживаясь на стол.
Зажав телефон плечом, она вполуха слушала, как Паулина несет обычную для таких случаев официальную тарабарщину.
– А теперь – к главному, – наконец провозгласила она, и до Алисии донесся звук вскрываемого конверта. – Приемная комиссия была рада познакомиться с Брук и по достоинству оценить ее исключительные дарования. Брук – изумительный кандидат на поступление.
Алисия плотно сжала губы, готовые исторгнуть ликующий крик.
– Но на данный момент мы отклонили ее заявку и внесли вашу дочь в лист ожидания. Однако не все потеряно. Помимо студентов-спортсменов, Стэнфорд досрочно зачислил еще нескольких учеников из Академии Эллиот-Бэй. В случае, если один из этих учеников передумает поступать в наш университет, мы с огромной радостью предложим Брук занять освободившееся место.
– Издеваетесь? – взревела Алисия. – После всего, что я сделала для Стэнфорда, вы не имеете права так обращаться с моей дочерью! Так обращаться со мной! Вы набираете толпу безголовых спортсменов, но отказываетесь принять дочь вашего попечителя, пожертвовавшего университету прорву денег! Это совершенно неприемлемо. Я требую разговора с председателем приемной комиссии!
– Мэм, я передам ваше требование. Всего доброго. Удачи вам и вашей дочери.
«Бип-бип-бип», – запищал телефон, не успела Алисия раскрыть и рта. Эта паршивка Паулина повесила трубку! Алисия бросилась в персональную ванную, хлопнула дверью и разразилась отборнейшей площадной бранью. Но даже ее обширного словарного запаса не хватило, чтобы выразить все ее возмущение. С искаженным от злобы лицом она уставилась в зеркало. Это невозможно, черт возьми! Это невозможно!
Усевшись на кровати, Алисия зашла в секретную группу «Фейсбука»◊, «место отдохновения» родителей учащихся, и принялась читать свежие, из первых рук, сообщения, наводнившие новостную ленту. Словно притаившаяся в засаде львица, она терпеливо ждала, когда объявится ошалевшая от счастья добыча – везунчик, чей ребенок поступил в Стэнфорд.
