– Что ж, расскажу об этом детективу. Наверняка он захочет встретиться с тобой в самом ближайшем будущем.
– Да, само собой, – промямлила Келли, бочком выбираясь из кухни.
Марен приподняла бровь. По всей видимости, предстоящая беседа с детективом Келли не обрадовала.
– Слушай, Марен, я должна бежать, но если тебе что понадобится – обращайся. Сделаю всё, что в моих силах. Просто всё.
Марен так и подмывало поймать Келли на слове и посмотреть, как та станет выкручиваться, если она попросит ее сделать что-то действительно полезное, например переложить на свои плечи часть работы в этом долбаном КПД. Однако Марен ни о чем не попросила: увы, источник милосердия в ее душе был поистине неисчерпаем.
– Спасибо, Келли. Очень тебе благодарна. Дам тебе знать, если мне что-то понадобится.
Она проводила гостью к выходу.
– Да-да, прошу тебя, не стесняйся, – все быстрее и быстрее частила Келли по мере их приближения к двери. – А пока приготовь салат, запеки чесночный хлеб и – вуаля! – подавай на стол изысканное итальянское кушанье.
Марен скептически ухмыльнулась: насколько она заметила, ни салат, ни чесночный хлеб к лазанье не прилагались. Да и само подношение разительно отличалось от тех утонченных, тщательно отобранных яств, которые Марен доставляла по указке Алисии или получала на ее имя, когда та участвовала в пищевых цепочках. У нее до сих пор не выветрилась из памяти прошлогодняя цепочка, организованная после того, как в «Фейсбуке»◊ Алисии (усилиями ее пиарщиков) появился душераздирающий пост о гибели их тринадцатилетнего пса Леланда, отца Кардинала. У богатых свои причуды: наверное, они считают, что чем меньше у тебя есть, тем меньше тебе требуется.
Марен уже поворачивала дверную ручку, когда Келли с поразительной живостью и сноровкой втиснулась между дверью и Марен и уперлась ладонью в стену.
– Погоди минутку… Несколько недель назад ты упоминала про Вашингтонский университет, но сейчас, с этими слухами и аварией… Мне просто интересно – куда в конце концов подалась Винни? – Келли остервенело впилась глазами в лицо Марен.
Марен приосанилась и бесстрашно посмотрела на Келли.
– Собственно говоря, Келли… – Марен запнулась, набрала полную грудь воздуха и выдохнула: – Винни отправила документы в Стэнфорд. У них превосходная программа финансовой поддержки, и, если Винни туда поступит, она сможет учиться бесплатно. Чудесно, не находишь?
Краска гнева бросилась в лицо обомлевшей от потрясения Келли. С величайшим усилием она раздвинула губы и натянуто, с искренностью нарисованного смайлика, улыбнулась.
– Как мило, – прохрипела она насквозь фальшивым голосом. – Да уж, в храбрости вам не откажешь… – Она раздула ноздри и напоследок окинула скромное жилище Марен неодобрительным взглядом. – Что ж, не смею тебе больше надоедать.
Марен распахнула дверь.
– Спасибо за лазанью! – вновь поблагодарила она Келли, мысленно радуясь, что та не сняла кроссовки: иначе их прощание затянулось бы еще на несколько томительных минут.
Проводив глазами гостью, неуклюже спустившуюся по ступенькам крыльца и теперь семенившую к машине, Марен закрыла дверь, прислонилась к ней спиной, зажмурилась, досчитала до десяти, выдохнула и обессиленно сползла на пол.
Подумать только, опять ее дочь в эпицентре скандала. И кому только в голову пришло, что она разослала документы в десять ведущих университетов страны! Бред сивой кобылы. Уж Марен ли это не знать – она сама недавно заходила на сайт, где хранились вступительные заявки Винни. Марен давно притерпелась к кровожадности и злопыхательству школьного мирка, однако слова Келли всколыхнули в ней задремавшую было тревогу. Возможно, список подозреваемых не ограничивается Алисией и Келли; возможно, этот гадкий слушок настроил против Винни кого-то еще. Марен объял страх. Но не успела она как следует пораскинуть мозгами, как дверь в спальню Винни распахнулась.
– Боже милостивый, мам! Это правда? Ты подалась за меня в Стэнфорд?
Марен взглянула на дочь и лукаво усмехнулась.
