Просто мужчина лет тридцати. Худощавый. Лицо покрыто щетиной. Одет как крестьянин, но это еще ничего не доказывает. Долго ли раздобыть себе нужный костюм? Но нужно проверить.
Девушка оглянулась.
— Михаль!
Юный изобретатель не заставил себя ждать. Все еще не выпуская из рук боевую подругу — лопату, он прошлепал по рыхлой грязи и внимательно оглядев тело, вынес вердикт.
— Нет. Не из наших. За левобережцев не скажу, но в Костоломице и Рубайке такого не встречал.
Алесия нисколько не удивилась, услышав ответ. В глубине души она и так знала, что
Единственный, у кого был мотив отыграться — барон. Увы… тот кто мог бы это подтвердить, теперь мертв.
— Госпожа… — Агнета приблизилась не одна, а в обнимку с Ташей. Обе девицы настороженно поглядывали по сторонам. — Не след бы вам ходить по ночной росе. Эмми тоже переживает. Вернемся в дом. Мы и воду уже подготовили, чтобы вам от копоти отмыться…
Таша поспешно кивнула, но в этот самый момент, ее взгляд наткнулся на распластанное тело. Девица вздрогнула и издала какой-то сдавленный писк. Алес не обратила бы на это внимания. Она догадывалась, что у новой служанки проблемы с нервами. Что, учитывая некоторые события ее жизни, немудрено.
Однако у Лайона реакция Таши неожиданно вызвала интерес.
— Тебе знаком этот человек?
— В-ваше сиятельство… — девица сжалась и еще крепче вцепилась в Агнету.
Новоиспеченная подруга подбодрила ее легким тычком локтя и едва слышным шепотом: — «если спрашивают, надо отвечать».
— Д-да, ваше сиятельство.
— И кто же он? — Лайон говорил мягко, однако даже Алес почувствовала, что брат не потерпит увиливаний от ответа.
Поняла это и Таша.
— Это Тобес Лапси, ваше сиятельство. Конюх. — еле слышно отозвалась она.
Молодой человек прищурился.
— Он тоже служил в доме барона Кьярти?
Девица кивнула, стараясь больше не смотреть на тело.
— Много лет.
— Кто-то еще может это подтвердить?
— Любой слуга из дома барона, ваше сиятельство…
Ночь давно должна была подойти к концу, однако рассвет все никак не хотел заниматься. Солнце, будто тяготясь своими обязанностями, ленилось забраться на горизонт. Тишина. Предрассветная серость.
Эйса Кэрин устало опустилась на школьное крыльцо и обхватила колени руками. Она знала, что после всего случившегося все равно не сможет уснуть. Двор печально смотрел на нее остатками обгоревших стен.
Девушка вспомнила, с каким отрешенным видом хозяйка поместья обходила пожарище, и едва удержала тяжелый вздох. Алесию ей было искренне жаль. Ведь та вкладывала в это место столько любви и сил… А теперь все ее старания рассыпались пеплом.
И что будет завтра? Захочет ли хозяйка восстанавливать некогда цветущий уголок, или смирится с произошедшим и вернется в столицу?
Кэрин этого не знала. Общепринятые правила вообще запрещали интересоваться, или лезть в дела господ. Ее ведь наняли учить детей. И она должна это делать, пока наниматель не решит ее рассчитать.
Но как же тяжело и муторно на душе. Вернуться в монастырь сейчас, это как спуститься в сырой склеп после яркого солнечного дня. Да, она всегда запрещала себе привязываться к людям или местам. Однако в этот раз что-то пошло не так.
Ей действительно нравилась переделанная из конюшни школа. Нравились ученики, которые не терпели уроки, как неизбежное зло, а искренне радовались каждой удачно начерченной букве. И так удивлялись простым, казалось, вещам.
Как же не хотелось бы все это оставлять. Но жизнь строга и не зависит от человеческих желаний. Девушка до боли сжала пальцы, вспомнив вбитые с детства наставления. Никаких чувств. Никаких эмоций. Только холодная сдержанность и благодарность за то, что есть.
— Эйса Кэрин, простите, я не помешаю?
На противоположный край ступени опустился Лайон. Кэрин была не в восторге, что ее уединение оказалось нарушено, но возражать не стала.
— Вам не нужно спрашивать позволения, чтобы находиться там, где пожелаете, ваше сиятельство. — голос ее был сух, но учтив.
Кажется, за все время проведенное в поместье, это был третий раз, когда граф Бартон с ней заговорил. И такая ненавязчивость заставляла примириться с его присутствием.
Лайон немного помолчал, глядя перед собой. Затем произнес:
— Вы можете отправиться к себе. Я прослежу, чтобы больше ничего не произошло.
Кэрин отрицательно качнула головой.
— Мне спокойнее здесь, ваше сиятельство. Да и не думаю, что смогла бы уснуть.
— Надеюсь, вас не задело огнем?
— Не беспокойтесь.
Почувствовав, что учительница не настроена на разговор, Лайон вновь замолчал. Некоторое время они сидели в тишине. Потом Кэрин не удержалась. Слова буквально сами соскользнули с губ:
— Что будет дальше?
Как ни странно, Лайон ее понял.
— Подозреваю, очередной ремонт. Уверен, уже завтра моя сестра созовет крестьян на расчистку. Придется закупать лес. Постараемся хоть что-то восстановить до снегов. — он бросил на собеседницу незаметный взгляд.
