Попаданка в мир ГП. С сюжетом знакома. Знакомится с Северусом Снейпом когда им обоим по 6 лет. Немного Мэри Сью. Русские "уши" в Хогвардсе.
========== Попаданка ==========
Очнулась я от чувства удушья. Меня трясли, сжимали и с каким-то отчаянным стоном шептали в ухо непонятные слова. Открыв глаза, увидела незнакомую розовую комнату, с розовыми же занавесками и белой детской мебелью. Женщина-великан продолжала сжимать меня и стонать. Паника нарастала бурным потоком, только одна мысль набатом звучала в моей голове: «Я хочу знать, что происходит! Я хочу знать, хочу вспомнить!»
Ужас, сковавший меня и сжимающий мне горло, лопнул, и с криком, который вырвался из груди, я поняла слова женщины, сжимающей меня: « Живи, только живи, не оставляй меня!» Тут бурным потоком в меня хлынула память, перемешиваясь и сливаясь.
Я — Смирнова Екатерина Сергеевна, сорокапятилетняя мать двух взрослых дочерей — погодок, преподаватель истории в средней общеобразовательной школе. Умерла 27 мая 2015 года — на даче во время грозы, от впервые увиденной в жизни шаровой молнии.
Поогородничала, ага! Дочери, слава Богу, обе замужем. Они с нами, как раньше, не поехали и этого шоу не видели. У супруга нервы крепкие — переживет, справится, еще и жениться повторно успеет, если захочет.
И я же — Кэтрин Керстон — любимая дочь мамы Барбары, которая сейчас пытается удушить собственное дитя, издавая мне в ухо животные стоны с просьбой не умирать.
Я испуганно завопила. Слава Всевышнему, после этого меня отпустили и положили на кровать, все еще сжимая мне руку. Всхлипывая: «Ты жива, ты жива!» — и вытирая рукавом слезы, мама наконец дала мне себя рассмотреть. Красивая бледная брюнетка с голубыми глазами и яркими, выразительными, правда сейчас дрожащими, губами смотрела на меня, как на второе пришествие Христа: столько во взгляде было счастья, надежды и радости, словами не описать.
— Кэтрин, доченька, я так испугалась. У тебя случился магический выброс. Когда я вошла в комнату, ты не дышала. Как ты себя чувствуешь? У тебя что-то болит? Что-нибудь принести?
— Воды, — прохрипела я тонким сорванным голосом.
Мама выбежала. Оставшись одна, я попыталась собраться с мыслями. Ясно, что ничего не ясно. В памяти Екатерины Сергеевны нет понятия «магический выброс». Помню какие-то фэнтэзийные рассказы о магах, колдунах, эльфах и т.п. Но в моей прошлой жизни подобные вещи считались фантазией авторов. Кэтрин Керстон также не знает, что это такое. Вариантов вообще-то всего два: либо «магические выбросы» существуют, как, возможно, и «магия», либо мама Барбара — перечитавшая фэнтэзи психопатка; в принципе, сейчас март (откуда я это знаю?), месяц психических обострений. Тут же память Кэтрин подкинула картинку, как мама, взмахнув рукой и шепча непонятные слова, запускает перед сном над ее кроватью звездочки, как так же взмахом руки убирает грязь с ее ладошек и склеивает разбитую чашку. И таких эпизодов много, и Кэтрин воспринимает их естественно, без страха и удивления.
Сейчас же я понимаю, что память Екатерины Сергеевны голове Кэтрин проснулась только сегодня. А появилась она, видимо, после повторного «магического выброса» и желания понять, что происходит, и, главное, «все вспомнить».
Причиной же первого магического выброса стал паук, который напугал малышку Кэтрин, свалившись на нее с занавески, когда она подошла к окну посмотреть, какая нынче стоит погода и пустит ли мама ее гулять. Кэтрин потеряла сознание от мощного потока неизрасходованной магии, так как тот мизер, что ушел на испарение паука, затратами считать нельзя. Вот ее и жахнуло вернувшейся нерастраченной силой. Наверное, как-то так. Что ж, я вырасту сильной магиней? Магичкой? Как правильно? Вот придет мама — ее и спрошу. Хорошо быть маленькой! Кстати, мне исполнится 3 года только в мае. Что ж, играем умненькую лялю, не расстраиваем маму.
Вбежала мама, напоила меня водой, поцеловала в щеку, обняла. Черт, приятно, когда тебя любят и о тебе заботятся.
— Как ты, доченька? Ничего не болит?
— Нет, я просто хочу спать.
— Тогда спи, я посижу с тобой, спою тебе песенку. Спи.
***
Проснулась я только следующим утром. На завтрак овсянка с джемом, чай и тосты. Мама рассказала, что, пока я спала, приходила медиковедьма. Она осмотрела меня, поздравила маму с моим столь ранним и сильным выбросом (это она еще не знала, что выбросов было два: второй разбудил память Екатерины Сергеевны), заявила о моем идеальном здоровье и отсутствующем магическом истощении, что в общем-то обычно у таких маленьких детей после выбросов. Мне даже восстанавливающих зелий не выписали. Но мама волнуется, так что мне придется пару дней пить эту мутную гадость, которую милая мамочка протягивает мне в моей любимой чашечке с плавающими по ней рыбками. Помня капризы своих дочерей при приеме лекарства, не стала расстраивать бедную женщину, безропотно выпила предложенную гадость. Получила за это вкусную конфетку.
