– Ты часто так делаешь, – заметила Саския, – трешь виски. Или проводишь по волосам на затылке. Может быть, и стрижешься так коротко по этой причине?
Саския села, завязывая ремешки на узких лодыжках. А он стоял, тупо глядя на ее руки, и, кажется, прикидывал, не опуститься ли на колени и не развязать только что завязанные ремешки. Чтобы отвлечься, открыл снова свое досье и нашел страницу «Отличительные особенности».
– У тебя есть татуировка? – Он оглядел ее тонкую фигуру, глазами задерживаясь на тех местах, где она могла быть. – Может, мне не помешает знать, если есть и где именно. Для дела.
Она прищурилась, встала и обошла стол. Повернулась к нему спиной и спустила с плеча кардиган, демонстрируя тату на лопатке.
– Роза? – удивился он.
– Имя моей матери – Розетта. Роза. Она приехала из Испании в отпуск и здесь встретила папу.
Ее мать, которая умерла, давая ей жизнь. Умерла при рождении Саскии. Потерять и отца было для нее кошмаром. Жизнь бросила ей вызов, лишив обоих родителей. Хотя мать Нейта иногда сводила его с ума, он не представлял своей жизни без нее.
А Саския Блум была круглой сиротой, дитя мира. Он дотронулся до розы на ее спине, она вздрогнула и отстранилась.
– А что ты ожидал?
– Я был готов увидеть что-то вроде китайского иероглифа-символа.
– Если я не знаю хорошо языка, никогда не позволю какому-то байкеру с иглой в руке изобразить непонятный символ на моем теле.
Байкер? Рисковая девушка. Еще один интересный факт.
Удивив его в очередной раз, она смотрела на него с понимающей улыбкой. И он увидел за этой улыбкой бесстрашие, привычку принимать вызовы судьбы. Она одна на всем белом свете. И, несмотря на это, полна оптимизма, энергии, доброжелательна и милосердна. Она умеет смеяться, радоваться жизни, хотя ее обманывали, пользовались ее доверчивостью и любовью. И, глядя в ее выразительные карие глаза, он как будто почувствовал свежий ветер на своем лице, тепло солнечных лучей.
– А у тебя есть тату? – вдруг спросила она.
Он вернулся в реальность, очнувшись от задумчивости: Нет.
– А хотел бы?
Он не понял: – Что?
– Ну, татуировку. – Она взяла со столика виноградину, положила в рот, раскусила, облизнула сок с угла рта. – У меня есть знакомый парень, он с удовольствием поработает над твоей девственно-чистой кожей.
– Ты считаешь, у меня хорошая кожа?
Она подняла подбородок и подумала, как будто оценивая.
– Я нахожу, что тебе не помешало бы немного небрежности в одежде и в прическе. Например, отрастить подлиннее волосы, сменить строгий костюм на джинсы, когда ты не на работе.
– Я тебе не нравлюсь?
– Ты безупречен – слишком чисто выбрит и подстрижен. Даже твое прошлое безупречно. Нет даже штрафов за парковку.
– Это входит в обязанности моего водителя.
Она засмеялась таким волнующим смехом, что у него внутри все сжалось от желания.
– Даже никаких предписаний, ограничивающих права.
Он удивленно поднял бровь.
– Я получила три из-за одного парня.
Он спохватился, что пора заканчивать свидание. Она поняла это, взяла сумку и пошла к двери.
– Ты явно встречалась не с теми парнями.
– Знаю и без тебя. У меня все время был один и тот же тип.
– Опиши.
Она остановилась, подумала.
– Мужчина, который нуждается в помощи, как мне казалось.
Взяв из ее рук тяжелую сумку, которую она хотела надеть через плечо, он открыл дверь из офиса в приемную.
– Так что в случае чего теперь ты можешь ко мне обращаться, – нарочито громко сказала она, проходя через приемную, и подарила улыбку ошарашенному помощнику, который вопросительно посмотрел на Нейта, но тот молча сделал ему знак вернуться к работе.
Они пошли к лифту, по пути он кивал в ответ на приветствия сотрудников, ловя любопытные взгляды, которые они бросали на Саскию. Они явно вызывали интерес.
– А ты что скажешь? – спросила она, когда они остановились на площадке у лифта.
– О чем ты? Соответствую ли я твоему типу?
– Нет. Я о твоих особых отличиях.
– У меня шрам от аппендицита и родинка на бедре.
Она взглянула на его бедро, как будто могла увидеть эту родинку.
Дверь лифта открылась, и она протянула руку. Он подумал, что она прощается, хотел притянуть ее и поцеловать, но вдруг понял, что она всего лишь хотела взять у него свою сумку.
– Следующая наша встреча – ланч с моими родственниками в воскресенье.
– Боишься?
– Нисколько, – ответил он, когда двери начали закрываться.
– Лжец, – ухмыльнулась она и исчезла за дверью.
Он стоял и смеялся, потом понял, что лифт давно уехал.
– Так это твоя подружка?
Он оглянулся. Гейб стоял у стойки ресепшн. Нейт, не отвечая, быстро пошел в свой офис, но Гейб следовал по пятам.
– Не ожидал увидеть ничего подобного.
– А что в ней не так?
– Наоборот. Она
Он не сдержался, хотя и давал себе слово молчать.
– Она просто нормальная. Умная. Смешная. И очень разговорчивая. – Он вдруг вспомнил, как она стояла у окна и солнце просвечивало сквозь ткань, очерчивая тонкую фигуру. – И она полна оптимизма, не встречал еще человека, который так умеет радоваться жизни. Даже не думал, что такое возможно.
