Девушка из службы доставки (ЛП) полностью

Райан, надо отдать ему должное, выглядел спокойным, тогда как я была похожа на красный острый перец.

— Спасибо, не надо. — Я подвинула чашку ближе к официантке, затем повернулась к Райану. — Мне надо домой. Ты говорил, у тебя дела утром.

— Нет, — ответил Райан, вытащил кредитку из кошелька и протянул ее официантке. — Я просто хотел побыть с тобой наедине, вместо того, чтобы толкаться в переполненном баре и, перекрикивая музыку, пытаться поговорить о чем-нибудь.

— Ладно, но у меня завтра пары, — сказала я, стараясь изо всех сил скрыть свое удивление. — Я уже могу сесть за руль. Мне пора.

— Спасибо Диана, — резко бросил Райан официантке, которая, ничуть не смущаясь, стояла и слушала наш разговор. — Это все.

— Извини, — попросила я сразу же после ее ухода. — Мне кажется, я ей не нравлюсь.

— Просто она не привыкла видеть меня здесь с кем-то еще. Каждый раз, когда я остаюсь у Лоуренса, я предлагаю приехать сюда. А так как, помимо брата и его невесты, я здесь мало кого знаю, то чаще приезжаю сюда один.

— Извини.

— Нет, не извиняйся, мне нравится тишина, иногда хочется выйти из дома — это ведь не мой дом, и порой очень изнурительно чувствовать себя гостем. На самом деле, это здорово сидеть в углу, когда тебя никто не замечает. Диана дала мне почитать Гарри Поттера, когда узнала, что я его не читал.

Мое сердце одновременно наполнилось тёплом и сжалось при мысли о нем, сидящем здесь в одиночку, в уголке кафе с книжкой в руках, заменяющей людей. По какой-то причине, представив это, я загрустила и одновременно ощутила спокойствие.

— Готова?

Пока я здесь мечтала, Райан успел подписать чек, оставить двадцатку на столе и встать:

— Я могу отвезти тебя домой.

— Поедем к тебе, — сказала я, затем быстро уточнила: — Я имею в виду, к моей машине, которая стоит у твоего дома, точнее, у дома твоего брата. В общем, ты понял, о чем я.

— В доме есть еще одна гостевая спальня, если ты решишь остаться. — Ладонь Райана легла на мою талию. — Она к твоим услугам.

Его рука тем временем опускалась ниже и ниже, посылая мне противоречивые сигналы, ведь он говорил совсем другое. Его рот сказал, что я могу остаться у него как гость, однако рука почти забралась ко мне в трусики. У меня внутри все вспыхнуло, и я вдруг сама для себя поняла, что, если он продвинется дальше, я вовсе не буду против.

Когда мы пошли к выходу, Диана бросила на меня язвительный взгляд, и это вернуло меня к реальности. Я, Энди Перетти, борющийся за место под солнцем комик и девушка из службы доставки в одном лице, а он... он просто Райан.

— Все в порядке, я могу сесть за руль. Спасибо за предложение.

Райан остановился, пропуская меня вперед и придерживая дверь.

— Я знаю, что ты в состоянии сесть за руль, — он подмигнул мне, затем притянул ближе, его рука скользнула по моему бедру. — Но это был не вопрос.

Опять эти треклятые смешанные сигналы. Если он не прекратит, то я могу с легкостью оказаться... в его постели... без трусов.

Глава 16

Энди

— Где ты родилась, смешная? — спросил Райан, когда мы были на подъезде к его дому. — Или это пришло к тебе со временем?

— Смешная? — я улыбнулась. Большую часть дороги мы провели, болтая про индустрию комедии. Я так и не поняла, интересно это Райану или он просто пытался поддержать разговор, чтобы избежать неловкой тишины. — Быть смешной сложнее, чем ты думаешь.

— Охотно верю.

— Я написала тысячи тысяч слов, потратила тысячи часов на стендапы — все это лишь для того, чтобы за десять минут, проведенных на сцене, заставить смеяться в зале хотя бы одного человека.

— Хотел бы я посмотреть на твое выступление.

Я покачала головой:

— Я слишком застенчива.

— Ты же только что сказала, что тренировалась тысячи тысяч часов.

— Но это вовсе не значит, что после тысячи тысяч первого часа становится легче.

— Тогда это похоже на хоккей.

— Что ты имеешь в виду? — я нахмурилась. — Разве вы все на льду не используете эту палочку, чтобы толкать маленький черный кругляшок к цели?

— Ты что же, на самом деле думаешь, что хоккей — это толкание маленького черного кругляшка палочкой? — он заливисто рассмеялся. — Я думаю, что комик специально говорит смешные вещи, чтобы смешить людей.

— А это аргумент, — ответила я, улыбнувшись.

— Я тренировался сотни часов, катался на коньках несколько десятков лет, забивал шайбы, изучал стратегию и тактику — все это я делаю, сколько себя помню, а на льду во время игры нахожусь всего несколько минут. Особо разницы нет, забил я гол во время сокровенных минут на льду, или сделал голевую передачу, или вообще ничего.

— Хм, — я размышляла над его словами. — Раньше я никогда не думала об этом в таком ключе, но стендапы практически то же самое. В конце дня, стоя перед толпой людей, я либо блещу, либо полностью проваливаюсь, все происходит в течение нескольких минут, и результат не зависит от количества написанных мной слов при подготовке.

— Другим это все кажется легкотней, по крайней мере, до тех пор, пока они не попробовали сами.

— Вот именно!