Ася никогда не убирала нигде, кроме магазина. Она и хотела бы, все лишняя монета для обучения сестры, но, увы, как любила повторять та же Танька: «Рожей не вышла». Богачам да аристократам подавай худую, смазливую и безотказную. А Ася… Не подходила поломойка ни под один из указанных параметров. Потому и не знала девушка, как выглядят шикарные дома, понятия не имела, в каких хоромах живут богатеи. Когда «Золотой мальчик» привез ее на эту территорию, первым впечатлением уборщицы было: «Ох… Сколько же тут пространства!» И только потом, потихоньку, исподтишка оглядевшись, Ася с изумлением начала разглядывать обстановку и людей в ней. Впрочем, на пристальное разглядывание времени девушке не дали: не успел сын миллионера войти в дом, как к нему подбежал невысокий толстый человечек, обряженный в брючный костюм не известной поломойке ткани, переливавшейся и сверкавшей на свету. С улыбкой, по мнению гостьи, неестественной, будто приклеенной к круглому лицу, он обратился к спутнику девушки:
– Виктор, сынок! Рад тебя видеть!
Сынок? Странные у них, богатых, обращения. И где подарок? Впрочем… Додумать Ася не успела, привлеченная мимикой «золотого мальчика». Последняя фраза мужчины, явно относившаяся к ней, обычной уборщице, вызвала неприятную усмешку на лице Виктора, но ответил он вежливо:
– Леон, познакомься с моей спутницей. Ася. Ася, это друг моего отца, Леон.
Как будто ей так уж необходимо знать, в чей именно дом они пришли в гости…
– Очень приятно, риал, – слегка застенчиво и немного устало улыбнулась девушка.
– Ну что ты, душа моя, – отмахнулся мужчина, – никаких риалов, мы здесь все свои!
Зубы у хозяина сверкали ненатуральной белизной, видимо, протезы… Вот что значит жить богато: у ее матери зубов почти не осталось…
«Золотой мальчик» тем временем куда-то ушел, видимо, намеренно оставив уборщицу общаться с именинником. Мужчина заливался соловьем, проводил её к фуршетному столу, предложил на выбор диковинные продукты, буквально втиснул в руку хрустальный бокал с вином. Немного ошалевшая, Ася послушно что-то прожевала, сделала небольшой глоток, заставляя себя следить за быстрой и эмоциональной речью говорившего. Тут все было ей непривычно, давило на психику, девушке хотелось как можно быстрей вернуться домой, отдохнуть перед очередным рабочим днем, а хозяин все говорил и говорил, и слова обрушивались на девушку бурным водопадом, грозя утопить её в своих бурных водах.
Виктор досадливо хмурился, наблюдая за другом отца с другого конца комнаты. Что такого интересного в этой корове? Зачем она Леону? Просто переспать, так сказать для коллекции? Или что-то задумал? В первое верилось с трудом, второе было более вероятно, но тогда получается, что у их гостеприимного хозяина…
– Ты, – мило улыбаясь и охотно демонстрируя всем желающим свои идеальные формы, – продукт местной индустрии красоты – к мужчине приближалась Эльза, умопомрачительно выглядевшая в узком платье из нирея, самой дорогой ткани в Союзе Миров. – Как ты посмел меня так оскорбить!
Интересно, у кого она училась шипеть сквозь растянутые в улыбке губы? Взять бы пару уроков у того умельца.
– Привел сюда эту уродину! Пришел с ней! А я?!
Мужчина лениво пожал плечами:
– У нее нет никаких претензий. Отработала – и свободна. Хочешь на ночь на ее место?
Прозрачный намек красавица, блиставшая на подиумах всех доступных планет, поняла, вспыхнула от унижения, опасно сощурила глаза:
– Перебиваешься шлюхами? Так низко пал?
Виктор только хмыкнул:
– Не умеешь ты хамить, Элли.
– Не смей меня так называть!
Модель отвернулась и всё той же походкой от бедра направилась к столу с напитками. Подхватив бокал с ройшей, популярным розовым напитком, по вкусу напоминавшим горячий глинтвейн с корицей, девушка, мило улыбаясь, подошла к паре уборщица-хозяин дома и без раздумья выплеснула весь бокал на одежду поломойки, после чего довольно оскалилась и неспешно удалилась, демонстративно цокая каблучками. Сучка. Правильно он делает, что держится от этой дуры подальше.
В голове шумело, перед глазами постепенно начали появляться круглые разноцветные пятна, не хватало воздуха. Хотелось есть и спать, но нужно было стоять напротив именинника, покорно слушать его заумные рассуждения обо всем на свете и заставлять себя улыбаться.
Завтра очередной рабочий день. Может, удастся хоть полчаса покемарить между сменами.
Рядом неожиданно раздалось цоканье каблуков, бившее по мозгам, как молот по стене, а потом одежда вдруг намокла и стала липкой. Ася еще не сообразила, что конкретно произошло, как буквально сразу же рядом раздался холодный голос ее нанимателя:
– Мы покинем тебя, Леон. Удачно повеселиться.
И уже ей, тем же тоном:
– Пойдём к лётке.
