— Энни, тебе следовало бы поскорее закончить эту базу данных, — сказал Барни.
Я чуть не швырнула в него штемпелем.
— О'кей, теперь все в порядке… Джерри, сегодня ночью ты дежуришь у дома Доки, верно?
— Да. Если только у Энни нет на меня других видов.
— Нет! — выпалила я, удивив обоих.
— Так я и думал. Я возьму что-нибудь перекусить и немного кофе. Энни, едва ли ты захочешь составить мне компанию. — Он бросал вещи в сумку, повернувшись ко мне спиной.
— Нет, я останусь здесь и буду создавать базу данных, которая вдруг всем срочно понадобилась, — саркастически сказала я. — А потом…
— Ладно. Про твои планы я не спрашиваю. Тогда до завтра. — Он вышел.
— Какая муха его укусила? — нахмурился Барни.
— Он устал, — ответила я.
— Мы все чертовски устали. Такая у нас работа. В последнее время я прихожу домой выжатый как лимон и тут же валюсь спать. Хейзл грозится уйти от меня, если мы не будем «играть в паре». Твердит: «Нам нужно больше общаться». Больше общаться? Черт побери, как я могу общаться, если у меня глаза слипаются после пистона? И что значит «играть в паре»? Как это понять? Она обожает танцы, а я их ненавижу. Она выпрыгивает из штанов, когда я прошу записать для меня на видеомагнитофон футбольный матч. Не говоря о том, чтобы посмотреть его вместе со мной. Разве это не означает «играть в паре»? Многие женщины любят футбол. Но только не Хейзл. Стоит ей услышать это слово, как у нее стекленеют глаза. Я никогда не пойму женщин. Она вздыхает по одному болвану, который ходит на аэробику вместе со своей подружкой. Ты можешь представить меня занимающимся аэробикой?
— Нет. Иначе у меня глаза полезут на лоб.
— Ну вот, я вижу, что ты меня понимаешь. — Он улыбнулся. — О господи, Энни, если бы все женщины были такими же откровенными, как ты!
Джерри ни разу не вспомнил про тот вечер, когда мы чуть не легли в постель. Наверно, он решил, что я была вне себя от горя и искала утешения. Но если он так думал, то ошибался. Смерть миссис Бичем не выбила меня из колеи. Конечно, событие было печальное, однако достаточно рядовое. Умер чужой мне человек. Я решительно отказывалась думать о ней как о своей матери. Она была всего лишь повозкой, которая доставила меня на этот свет. А затем выгрузила.
Когда она узнала, кто я такая, то даже не попыталась скрыть отвращение. Не проявила ко мне ни капли доброты. Не пожелала признать во мне дочь. И не ответила ни на один мой вопрос.
Так что причиной происшедшего в «Бодливой козе» была вовсе не скорбь по миссис Бичем. Правда, я чувствовала себя слегка виноватой за пожелание, чтобы ей на голову упала люстра. Может быть, поэтому я слишком быстро выдула две порции виски и потеряла над собой контроль. Но ощущение прижавшегося ко мне тела Джерри было… А, ладно.
Как бы там ни было, а эта тема больше не затрагивалась. Мы продолжали работать вместе, оставались друзьями, вместе ездили в агентство, вместе возвращались домой и по дороге говорили обо всем на свете. Никаких табу не существовало. Кроме одного.
Я начинала сомневаться, что это произошло на самом деле. Может, это были грезы. Несбыточная мечта. Во всяком случае, первая часть. Тогда вторую часть следовало считать ночным кошмаром.
А все мысли Джерри занимал «преследователь Доки». Эта история началась давно. Но в последнее время была у всех на устах.
Все началось с жалобы женщины средних лет. Ее пугала странная фигура, появлявшаяся по ночам у их многоквартирного дома в тихом предместье на берегу. Эта фигура появлялась только в темноте. И была скользкой как угорь, потому что никто другой ее не видел. Однажды ночью преследователь подобрался к миссис Доки так близко, что она слышала его шумное дыхание. Чувствовала его затылком. После этого она обратилась в агентство.
Сначала этим делом занималась полиция. Но прошла неделя, а преследователь все не появлялся. Тогда полицейские решили, что предполагаемой жертве, увядшей красотке лет под шестьдесят, просто привиделось. Если только она не придумала это нарочно, чтобы привлечь к себе внимание.
Миссис Доки узнала номер агентства у подруги, позвонила и стала умолять прислать кого-нибудь на помощь.
— Кем бы ни был этот преследователь, он очень ловок, — сказала мне миссис Доки. — Пока полиция наблюдала за домом, он держался в сторонке. Но как только полицейские ушли, он тут же появился в саду под моими окнами. Прятался в кустах сирени. Я видела его несколько раз, но так и не смогла опознать. И еще я видела, как у него в руке блеснул нож. — Голос у женщины был испуганный.
Я сумела убедить Джерри, что она искренне боится за свою жизнь.
— Могу поручиться, что она это не придумала.
— Почему? Откуда ты знаешь? — прищурился он.
— Я… наверно, интуиция.
— То-то же. Теперь я вижу, что ты многому научилась. — Он взялся за это дело.
