По крайней мере, я так думала. Или верила. Образ девушки, дрожащей на берегу ручья, запечатлелся в моей памяти навсегда. Подумать только, в момент своей величайшей печали она действительно была одна.
Мне почти жаль, что моя душа снова не стала птицей. Ведь тогда она могла бы улететь подальше отсюда, и никто – ни боги, ни даже я – не смогли бы почувствовать то, что сейчас чувствовала я. Мне довелось оказаться в другом мире по своему собственному выбору и без какой-либо надежды на спасение тех, кого я любила.
Прошли часы, прежде чем я наконец заснула беспокойным сном, наполненным образами дракона и голосом, который звал меня издалека, умоляя спасти его.
Когда я проснулась утром, Шин уже покинул комнату. Бумажная ширма сложена и прижата к стене. Я протерла глаза, болевшие от слез, пролитых перед тем, как я заснула. После я осторожно села, стараясь не давить на руку. Что-то в углу бросилось мне в глаза, наклонившись я заморгала – на низкой полке под окном лежал небольшой предмет.
Это бумажный кораблик.
Я задержала взгляд на полке, края кораблика обуглены от огня, но в остальном он никак не пострадал.
Как?..
К борту кораблика был прикреплен бело-розовый цветок, сорванный у озера, – цветущий лотос, лепестки которого раскрывались, обнажая центр звездного цвета. Наверное, Шин вернулся ночью, чтобы забрать кораблик сразу после того, как я заснула.
Я поднесла кораблик и цветок к груди. Во мне горело странное чувство. Глаза следили за бледно-красной лентой, которая тянулась из окна на фоне утреннего солнца.
Несмотря на то что Кирин избавил меня от боли, моей руке требовалась пара дней, чтобы полностью восстановиться. После той ночи Шин больше не возвращался в комнату. Я узнала от Нари, что на следующее утро – после нашего визита в Дом Луны – прибыл посыльный и Шин в компании Намги и Кирина отправился в погоню за ворами. Двоих мужчин, по описанию похожих на воров – один огромный, словно медведь, а второй больше похожий на ласку, – заметили покидающими город.
Несмотря на то что дней впереди еще много, у меня куча дел. Со всех именитых домов приходили свадебные подарки: чайные сервизы, вазы из селадона[6], шкатулки из перламутра, настенные свитки с изображениями пейзажей и текстами стихов, а также огромный сундук с вышитыми шелковыми одеялами. Интересно, что будет со всеми этими вещами, когда правда о нашей помолвке всплывет наружу.
Меня сопровождали те же самые слуги, что были рядом в мое первое утро в Доме Лотоса, – служанки, которые уже много лет работали у Шина, хотя по их молодой внешности этого и не скажешь. Я помогала им по дому; мы чистили одеяла водой, которую принесли из озера, а затем развешивали их сушиться в южных полях. Там они были словно огромные облака, развевавшиеся на ветру.
Хотя никто и не запрещал мне покидать территорию, я оставалась в Доме Лотоса по собственной воле. Я проводила дни, собирая желуди и высушивая цветы, чтобы потом подвесить их стеблями к потолку в комнате Шина, дабы оживить пустое пространство. Мы с младшей служанкой даже пытались нарисовать пейзаж на бумажной ширме.
После того как я окончательно начала надоедать и путаться под ногами, старшая служанка попросила меня выйти из комнаты. Сперва я бродила по главному павильону, а затем спустилась к самой кромке воды. Там я нашла небольшую лодку, после чего толкнула ее в озеро и перелезла через край. Лежа на спине, я смотрела в небо. Сегодня ясный день, в воде полно рыбы, а вдали плавало подобие горбатого кита.
Я закрыла глаза и забылась.
Внезапно раздался резкий визг, и лодка рывком остановилась.
– Эй, смотри, куда направляешься!
Я поднялась на колени и оглянулась.
Дай плыл на спине, Мики балансировала на его животе, он был похож на выдру, которая поймала рыбу в форме Мики.
– Дай! – Я выкрикнула, что есть мочи, – Ты что творишь? Выходи из воды, это опасно!
– Я плаваю, – как ни в чем не бывало ответил мальчик, будто это не он сейчас находился посреди озера с младенцем, который балансировал на его животе.
Позади меня донесся голос.
– Мина, не переживай. Дай не позволит, чтобы с Мики что-либо случилось.
Я повернулась и увидела Маск, которая сидела в лодке напротив меня с румянцем и улыбкой на маске старушки. Она абсолютно сухая.
Я посмотрела прямо на Маск.
– Ты что, богиня?
– Я дух. Я же говорила тебе, когда мы впервые встретились.
Я осмотрелась и перевела взгляд на чистое небо.
– Духи умеют летать?
– Некоторые умеют. Но не я. Я не такой могущественный дух, помнишь?
– Тогда как…
– Такой хороший выходной выдался. – Девушка приподняла свою маску: ее щеки с красным румянцем на солнце казались еще больше. Я заметила длинную тонкую линию ее шеи.
На дне лодки лежала старая удочка. Она наклонилась и взяла ее, после чего закинула веревку в воду.
– Здесь нет никакого крючка, – подала голос я, – и наживки.
– О, да я не хочу ничего ловить, – смущенно ответила мне Маск.
Лодка дрейфовала, однако теперь, словно подхваченная легким ветерком, она начинала скользить по озеру.
– Я наблюдала за тобой, но ты так и не вышла из дома.
