– Да. Он признанный специалист в области судебной психиатрии. Но, понимаете ли, фру Джаннини, проведение экспертизы такого рода – это абстрактный научный процесс. Вы можете не согласиться с моими выводами. Также и другой психиатр может истолковать какое-то действие или происшествие по-другому, не так, как я. Здесь очень важно, насколько близко врач знает пациента, и с какой точки зрения он анализирует ситуацию. Не исключено, что другой доктор сделает совершенно другие выводы относительно Лисбет Саландер. В психиатрии многое зависит от конкретного врача и от конкретного пациента. Единых критериев нет, и быть не может.
– А я пригласила его не для того, чтобы он опровергал ваши выводы. Он не встречался с Лисбет Саландер, не обследовал ее и не собирается делать никаких выводов о ее психическом состоянии.
– Вот как…
– Я попросила его прочитать вашу экспертизу и всю составленную вами документацию о Лисбет Саландер, а также ознакомиться с ее журналом периода пребывания в клинике Святого Стефана. И я попросила его оценить не состояние здоровья моей подзащитной. Меня интересует, имеются ли, с чисто научной точки зрения, в предоставленном вами материале достаточные основания для сделанных вами выводов.
Телеборьян пожал плечами.
– При всем уважении… Я считаю, что знаю Лисбет Саландер лучше, чем любой другой психиатр у нас в стране. Я наблюдаю за ней с тех пор, как ей исполнилось двенадцать лет, и мои выводы, к сожалению, все время подтверждаются ее действиями.
– Очень хорошо, – сказала Анника. – Тогда обратимся к вашим выводам. В своем заключении вы пишете, что лечение прервалось, когда ей исполнилось пятнадцать лет и ее поместили в приемную семью.
– Именно так. Этот шаг я считаю серьезной ошибкой. Если б нам дали завершить курс лечения, возможно, сегодня мы здесь не сидели бы.
– Вы считаете, что, если бы вам позволили держать ее связанной еще год, она бы стала более контактной?
– Мне кажется, ваши издевки здесь неуместны.
– Прошу прощения. Вы так охотно цитируете экспертизу, составленную вашим докторантом Йеспером X. Лёдерманом, когда Лисбет Саландер исполнилось восемнадцать лет… Вы пишете, что «ее самодеструктивное и асоциальное поведение подтверждается различными злоупотреблениями и промискуитетом, которые она демонстрировала после выхода из больницы Святого Стефана». Не могли бы вы уточнить, что именно вы имеете в виду?
Телеборьян выдержал краткую паузу.
– Для этого придется вернуться немного назад. После того как Лисбет Саландер выпустили из больницы Святого Стефана, у нее, как я и предвидел, возникли проблемы с алкоголем и наркотиками. Она неоднократно попадала в полицию. Социальная комиссия свидетельствовала также, что она вступала в беспорядочные сексуальные связи с пожилыми мужчинами и, по всей видимости, занималась проституцией.
– Что ж, давайте разберемся поподробнее. Вы утверждаете, что она злоупотребляла алкоголем. Как часто она бывала пьяной?
– Простите?
– В период между тем, как ее выпустили из больницы, и до восемнадцати лет она бывала пьяной ежедневно? Или раз в неделю?
– На этот вопрос я, естественно, ответить не могу.
– Но вы ведь утверждаете, что она злоупотребляла алкоголем?
– Будучи несовершеннолетней, она много раз задерживалась полицией за пьянство.
– Вы уже второй раз повторяете, что ее много раз задерживали. Как часто это происходило? Раз в неделю или раз в две недели?..
– Нет, не так часто…
– Лисбет Саландер полиция задерживала за пьянство дважды – в шестнадцать и, соответственно, в семнадцать лет. В одном из этих случаев она была настолько неуправляемой, что ее отправили в больницу. Это и есть те неоднократные случаи, на которые вы ссылаетесь? Бывала ли она пьяной еще когда-либо?
– Этого я не знаю, но боюсь, что ее поведение…
– Простите, но верно ли я вас расслышала? Значит, у вас нет уверенности, что будучи подростком, она бывала пьяна более двух раз… Но вы опасаетесь, что да, бывала. Однако на каком основании вы заключаете, что Лисбет Саландер замкнута в порочном круге алкоголя и наркотиков?
– Это сведения службы социальной защиты, не мои. Речь идет о жизненной ситуации, в которой оказалась Лисбет Саландер. После того, как лечение прервалось, перспективы ее оказались весьма туманны, она начала злоупотреблять алкоголем, предаваться бесконтрольному промискуитету, ее задерживала полиция и так далее.
– Вы используете выражение «бесконтрольный промискуитет».
– Да… Под этим термином подразумевается, что она не контролировала свою жизнь. Предавалась сексуальным развлечениям с пожилыми мужчинами…
– Это не является преступлением.
– Да, но зато является аномальным стереотипом поведения для шестнадцатилетней девушки. Можно, конечно, попробовать разобраться, предавалась она этому общению добровольно или по принуждению.
– Но вы утверждали, что она занималась проституцией.
