Фалун не знал, кого именно представлял Клинтон, но предполагал, что речь идет о какой-то силовой структуре. Он читал Яна Гийу[31] и потому вопросов не задавал. Но вообще-то Фалун был не прочь после многих лет забвения вновь оказаться востребованным.
Его задание заключалось в том, чтобы просто открыть дверь. Будучи экспертом по вскрытию помещений, он имел при себе пистолет-отмычку. Тем не менее с замком квартиры Микаэля Блумквиста ему пришлось повозиться пять минут. Потом Фалун остался ждать на лестнице, а Юнас Сандберг переступил через порог.
– Я уже внутри, – сказал он в микрофон, прикрепленный к уху.
– Хорошо, – ответил ему в наушник Фредрик Клинтон. – Действуй спокойно и осторожно. Опиши, что ты видишь.
– Я нахожусь в холле: справа гардероб и полка для шляп, слева ванная. Квартира состоит из одной огромной комнаты, примерно в пятьдесят квадратных метров. Справа маленькая кухня с барной стойкой.
– Там есть какой-нибудь рабочий стол или что-то похожее…
– Видимо, он работает за кухонным столом или на диване в гостиной… Подождите.
Клинтон ждал.
– Да. На кухонном столе лежит папка с отчетом Бьёрка. Выглядит как оригинал.
– Хорошо. А на столе есть еще что-нибудь интересное?
– Книги. Мемуары П. Г. Винге. «Борьба за власть над СЭПО» Эрика Магнуссона. И еще с полдюжины подобных книг.
– А компьютер есть?
– Не вижу.
– Какой-нибудь сейф?
– Нет… Во всяком случае, я не вижу.
– Ладно. Не спеши. Обойди всю квартиру, шаг за шагом. Мортенссон рапортует, что Блумквист по-прежнему в редакции. Надеюсь, ты в перчатках?
– Еще бы.
Маркусу Эрландеру удалось поговорить с Анникой Джаннини, только когда они оба перестали говорить по мобильнику. Он зашел в палату Лисбет Саландер, протянул руку Аннике и представился. Потом поздоровался с Лисбет и спросил, как она себя чувствует. Та не удостоила его ответом. Тогда он снова обратился к Аннике.
– Я должен задать вам несколько вопросов.
– Задавайте.
– Вы можете рассказать, что произошло?
Анника Джаннини описала все эпизоды, что она пережила и как действовала – до того момента, как они с Лисбет Саландер забаррикадировались в туалете.
Погрузившись в размышления, Эрландер покосился на Лисбет, а потом – снова на ее адвоката.
– Значит, вы полагаете, что он подходил к этой комнате?
– Я слышала, как он пытался нажать на ручку двери.
– Вы в этом уверены? Когда человек напуган и взволнован, он подвержен панике.
– Я его слышала. Он меня увидел и направил на меня пистолет.
– Думаете, он пытался убить и вас?
– Не знаю. Я убрала голову и заблокировала дверь.
– Вы просто молодец. И вы молодец еще и потому, что перенесли свою клиентку в туалет. Дверь в палату такая хлипкая, что, если б он начал стрелять, пули, вероятно, прошили бы ее насквозь. Я просто пытаюсь понять, нападал ли он лично на вас или только отреагировал на то, что вы на него смотрели. Вы ведь оказались к нему ближе всех.
– Так оно и было.
– Вам показалось, что он вас знает или, может быть, вдруг вспомнил?
– Нет, вряд ли.
– Может быть, он видел ваши фотографии в газетах? Ведь вас цитировали в связи со многими громкими делами.
– Возможно. Я не могу этого отрицать.
– А раньше вы его никогда не видели?
– Я видела его в лифте, когда поднималась сюда.
– Вот как! Вы с ним разговаривали?
– Нет. Просто я задержала на нем взгляд… возможно, всего на полсекунды. В одной руке он держал букет цветов, а в другой – портфель.
– Вы встречались с ним взглядом?
– Нет. Он смотрел прямо перед собой.
– Он зашел в лифт первым или после вас?
Анника задумалась.
– Мы зашли, вроде бы, одновременно.
– У него был растерянный вид или…
– Нет. Он просто стоял и держал цветы.
– А что произошло потом?
– Я вышла из лифта. Он тоже сразу вышел, и я пошла к своей клиентке.
– Вы прошли прямо сюда?
– Да. Вернее, нет, не совсем. Я сначала подошла к дежурной и предъявила удостоверение. Ведь прокурор распорядился не допускать к моей клиентке посетителей.
– А где же в этот момент он находился?
Анника Джаннини поколебалась.
– Не могу точно сказать. Думаю, он следовал за мной. Да, погодите-ка… Из лифта он вышел первым, но остановился и придержал мне дверь. Не могу поклясться, но думаю, что он тоже прошел к дежурной. Просто я его опередила.
«Какой вежливый пенсионер-убийца», – подумал Эрландер.
– Да, он подошел к дежурной, – подтвердил полицейский. – Поговорил с медсестрой и передал ей цветы. Значит, вы этого не видели?
– Нет. Я ничего такого не помню.
Маркус Эрландер задумался, но так и не нашелся, что бы еще спросить. Что-то не давало ему покоя. Подобное чувство ему доводилось уже испытывать ранее, и он научился истолковывать его как сигнал от интуиции.
Убийцей оказался семидесятивосьмилетний Эверт Гульберг, бывший аудитор, который, возможно, еще консультировал фирмы по налоговым вопросам. Человек почтенного возраста. СЭПО только что инициировало в отношении него предварительное следствие, поскольку он оказался тем самым психом, рассылавшим письма с угрозами разным знаменитостям.
